Книга Корсар с Севера, страница 117 – Андрей Посняков

Город предлагалось взять на ножи. Не сейчас, естественно, а ближе к весне. Силы для этого, по словам Абу-Факра, имелись, и немалые. Берберы-кочевники. Да и сам Абу-Факр оказался «дитем пустыни», младшим сыном вождя одного маленького, но гордого кочевого племени. Расписывал прелести пустыни — аж глаза горели, — затем принялся хвастать количеством своих сторонников. Скорее всего, врал. Ну не могло у мелкого берберского вождя быть столько людей. С кем он собирался брать Бизерту, Олег Иваныч так и не понял. Уяснил одно — авантюра полнейшая. Впрочем, могла и закончиться вполне удачно. Примеров, когда горстка решительных безумцев становилась во главе захваченного города, хоть отбавляй. Шансов — пятьдесят на пятьдесят. Может, повезет и Абу-Факру, если горожане Бизерты поддержат. Может быть, повезет. А может, и нет.

Во всяком случае, Олег Иваныч долго задерживаться не собирался — ни здесь, ни в Бизерте. Домой, в Новгород, как-то уж очень хотелось. Загостился здесь, в Ифрикии, спасу нет. А тут предлагают остаться, пост сулят чуть ли не министерский. Надо бы повежливее отказаться, чтобы не обидеть представителя восставших племен. Ишь, рад он, что Ялмыз Эфе будет сражаться с ними. Имя откуда-то узнал, вернее, прозвище.

Откуда-то? Так ведь он вроде хвастал, что человечек у него в Тунисе имеется. Ха! В Тунисе! А почему бы не вспомнить светлый обычай мести? Не по-христиански это, верно, да уж больно человечек там подлый имеется. Которого самолично достать, конечно, можно, да уж больно неохота возиться. Тем более опять же время. А человечек подлейший! Смерть грека Илии — его работа. А Илия был другом Олега Иваныча, одним из немногих друзей. Селим-бея тоже по приказу того человечка пришили отравленной стрелкой. Да и Марко, как выяснилось, большие претензии к тому человечку имеет. Ладно…

— Хочу предупредить тебя, благородный Абу-Факр, — тщательно подбирал слова Олег Иваныч. — В Тунисе у тебя и твоих людей имеется страшный могущественный враг. Скажи-ка, часто ли к тебе приходят вести оттуда?

— Да нет, не очень часто. А что?

— А то, что твой враг давно схватил и казнил верных тебе людей.

— Скажи, как имя этого пса?

— Джафар. Джафар аль-Мулук.

— Ах шайтан и тысяча ифритов! Я лично разорву его на куски.

— Это еще не все. — Вполне к месту припомнился недобитый каменюкой Матоня. — У Джафара есть верный слуга, Маруф. Он поклялся убивать каждого жителя пустыни, кто только осмелится показаться в Тунисе.

— Вах! И ему не уйти от расплаты.

— Да, насчет самого Джафара… — Олег Иваныч вдруг подумал, что если слуги Джафара организуют правильные поиски, то уже через несколько дней смогут вычислить беглецов в Бизерте.

— Что ты еще хотел сказать про этого шакала Джафара, о уважаемый Ялныз Эфе?

— Да. Я. Хотел сказать. А, вот… Он очень скоро может быть здесь, ибо как-то прознал про тебя. Явится с воинами сам или его посланцы.

— Я убью и его, и его посланцев! Нет, не стану убивать. Посажу в земляную яму и буду кидать туда кости.

— Правильно поступишь, уважаемый Абу-Факр. Очень правильно.

— Так ты с нами, Ялныз Эфе?

— Конечно, с вами. — Олег Иваныч встал во весь рост, словно уже сейчас собрался лезть на стены Бизерты. — Только чуть позже. Сначала я должен отомстить за смерть отца и братьев.