Онлайн книга «Корсар с Севера»
|
Плюнув, ибн-Гараби досадливо махнул рукой и велел носильщикам заворачивать обратно. От злачного заведения Шехбийе до дворца бея было… ну, минут десять, если быстрым шагом. Носильщики шли быстро… Задернув вуаль, ушлый секретарь вытащил из-под полы халата острый узенький ножик. На всякий случай оглянувшись — нет, задним носильщикам вряд ли что видно, — сноровисто поддел печать на свитке ножиком и, осторожно перерезав шнурок, бегло прочел послание. Хмыкнул. И вытащил из поддерживающего вуаль шнурка точно такую же желтую шелковую нить, как и недавно разрезанная. Поплевав на печать, приложил ее на несколько секунд к нагретой от солнца стойке и плотно прижал ее к аккуратно перевязанному свитку. На все про все ушло минуты три. Когда носилки остановились перед воротами дворца, Кятиб ибн-Гараби прошел во двор, расшугав слонявшихся без дела слуг. На смуглом лице секретаря играла усмешка. Что ж, господин Джафар, Джафар аль-Мулук, Кятиб ибн-Гараби, конечно, ничего не имеет против тебя, но… Помнится, ты как-то раз неосторожно пошутил по поводу его бороды… — Кто такой этот Абу-Факр? — Осман-бей быстро пробежал глазами послание. — И откуда он знает о том, что Джафар снюхался с Мехмедом Фатихом и хочет занять мое место? — Абу-Факр — очень уважаемый человек, повелитель, — глубокомысленно кивнул Кятиб ибн-Гараби, узнавший это имя только сейчас, из письма. — Он пользуется большим влиянием у всадников пустыни и, как я неоднократно слышал от купцов, очень уважает тебя, о надежда правоверных! — Уважает, говоришь? Видно, и в пустыне живут неглупые люди. — А знает он обо всем тоже через купцов. И о султане, и о связях с ним Джафара. — Подлый предатель! — Воистину так, о луноликий! — Кятиб ибн-Гараби повалился на колени. — А о том, что этот недостойный сын шакала Джафар хочет стать владыкой Туниса, ты, повелитель, и сам давно знаешь. — Знаю… Ты вот что. О письме пока молчи, а что делать с Джафаром… подумаем. — Может, как вернется из похода, в яму его? — Хм. Нет, слишком уж много он сейчас значит. Вот если б раньше, когда еще жив был старый Селим. Да, может, со славою и богатством вернется он из земель неверных. Куда уж тут сразу в яму? Нет, подождем… Подождем, но запомним. А потом… Мало ли, налет на гяурские города окажется неудачным… Да если и удачным… Я слыхал, Джафар аль-Мулук не очень-то справедливо делит добычу, а, Кятиб? — Воистину так, повелитель! Нежно-голубое море играло барашками волн. Теплые брызги заливали форштевень. Над самой водой проносились крикливые чайки. Быстрокрылый корабль Китаба ибн-Хасана входил в гавань Сеуты. Мощные стены, пушки, апельсиновые деревья. Флаги с крестом на башнях. И церкви. Пусть католические. Но ведь все равно христианские. Строгая стража, придирчивый досмотр. Да не слишком придирчивый — ибн-Хасана здесь знали. С большей подозрительностью пялились на Олега Иваныча и его подростковую компанию. Флавию даже ущипнули. Та тут же высказала стражникам все, что про них думала. Правда, по-итальянски, как привыкли выражаться рыбачки Калабрии. Судя по хохоту стражников, они ее поняли. Китаб ибн-Хасан чуть задержал на выходе капитана стражи. Сунул пару монет, заодно справился по поводу судна в Италию. На хорошем португальском языке справился. |