Онлайн книга «Воевода заморских земель»
|
— Как — в Теночтитлане? — с ужасом воскликнул он. — Ведь мы только чудом Господним спаслись оттуда! — Мы сейчас не уйдем далеко, — подойдя ближе, Григорий положил Ване руку на плечо. — Не знаем гор, да и не спрячешься в маленьких городках — враз отыщут. Другое дело Теночтитлан — это ж не город, целая страна! Имей знакомого старосту — годами отсиживаться можно, как местные православные и делают, верно, Тламак? Проводник кивнул, прислушиваясь к чему-то. Олег Иваныч насторожился: — Погоня? — Нет, вроде, рано еще. — Тламак предупреждающе поднял руку. — Кажется, это купцы. Так и оказалось. Купеческий караван — носильщики, прислужники, воины — шумной толпой двигался в направлении города Истапалапана. Видно, шли издалека и теперь радовались, предвкушая возвращение в родные пенаты. В носилках — раковины, какие-то блестящие камни, тюки с перьями. За ними, в середине каравана, еще одни носилки, с толстым купчиной-почтека. Ба! Знакомые все лица! Олег Иваныч вздрогнул, узнав в толстопузом купце старого знакомого Аканака, похожего на пучеглазую, вытащенную из воды рыбу. Давненько не виделись. Выходит, жив, курилка! — Хорошо, что мы вовремя заметили их, — проводив проходящий караван глазами, прошептал Ваня. — А купчина там… такой противный, толстый… Ха! Так ведь он и был когда-то у нас в Ново-Михайловском посаде. Вместе с тощим Таштетлем. У, гад! — Аканак неплохой человек, — задумчиво произнес вдруг Тламак. — Изо всех купцов он лучше всех относился ко мне, никогда не бил, даже заступался иногда. — Да он же подручный Таштетля! — И что? Вы думаете, кто-то из купцов-почтека сможет отказать могущественным жрецам? А сейчас-то Аканак один, без Таштетля. — Дался вам этот Таштетль, — усмехнулся Гришаня. — Лучше б какого хорошего человека поминали, ей-богу! Тем более и тебя, Тламак, этот Таштетль подвиг не на самое хорошее дело. — Он знал кое-что… — туманно заметил юноша. — Но, к сожалению, сейчас Таштетль не имеет надо мной власти. — Тламак внезапно погрустнел. — Ты сказал — к сожалению? — поднимаясь с камня, спросил Ваня. — Почему? — Потому что раньше он держал в руках не только меня, но и мою сестру! — повысил голос Тламак. — Но теперь… — Он невесело усмехнулся. — Теперь моя сестра мертва, и Таштетль ничем не может навредить ей. Жаль только, что она умерла язычницей, о моя бедная сестра… Из глаз юноши полились слезы. Рыдая, он опустился на землю. — Зря мы его про сестру спросили, — шепнул Олег Иваныч. — Теперь жди, пока успокоится… Эй, Тламак! Тламак! — О, бедная, бедная Шошчицаль! — поднимаясь на ноги, причитал юный индеец. — Я ведь так ее и не увидел. Гришаня вздрогнул, услышав знакомое имя: — Как звали твою сестру, Тламак? — Шошчицаль, — вытирая слезы, тихо ответил юноша. — Шошчицаль!!! — Гриша ударил кулаком в скалу. — Племянница тлатоани? — поспешил уточнить Олег Иваныч. — Она не родная дочь своего отца, — покачал головой Тлалок. — Тем не менее говорят, что тлатоани Ашаякатль ее любил. — Он снова заплакал. Олег Иваныч подошел к нему ближе, легонько похлопал по щекам: — Эй, Тламак. Нам, кажется, пора идти? — Да, конечно. — Тламак закивал, даже чуть улыбнулся. — Мы хорошо провели сегодня жрецов, а? — Здорово! — поддержал его Ваня, даже помог подняться на ноги. |