Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Ай, спасибо, глазастенькая! — нахваливал нойон подносившую напитки и пищу девчонку. — Уж угодила, так угодила — давненько не пивал такого кумыса! Красивая была девчонка, смуглявая, стройная. А как посматривала на Баурджина! Тому аж неловко стало на миг, подумают ещё — закадрил девку! Старейшина и позванные в его гэр лучшие воины рода довольно щурились — слова гостя пришлись им по душе. За угощением неспешно текла беседа. Говорили за жизнь — о кочевьях, о лесной дичи, о соседних родах. — Наши старые пастбища — южнее, — отвечая на вопрос Баурджина, важно кивал седобородый старейшина — Хоттончог. Его род — род Чёрного Буйвола, древний тайджиутский род — не так давно кочевал к востоку от озера Буир-Нур, но вот несколько месяцев назад ситуация изменилась. — Лично приезжал верховный хан Джамуха, — важно надув щеки, пояснил Хоттончог. — Сказал, что сердце его обливается кровью за весь наш род, сказал, что чёрный степной дэв по имени Темучин, хан монголов и многих племён, поклялся извести наш род и забрать себе все наши пастбища. Он уже напал на наших соседей и — о, ужас! — велел сварить живьём всех угодивших в плен. А потом мясо несчастных ели его воины, воины Темучина! — Вай, вай! — гневно закричали находившиеся в гэре воины. Нойон скорбно покачал головой: подобную байку он слышал и в стане Темучина, только в ней все говорилось наоборот, не монголы варили и ели людей Джамухи, а люди Джамухи — монголов. — С тех пор как позвал Джамуха, мы здесь, в этих сопках, — старейшина скорбно поджал губы. — Места, как видите, не особо привольные для скота — слишком лесистые. Однако осенью мы отвоюем назад все свои прежние пастбища — так обещал хан Джамуха! — Слава великому Джамухе! Слава! — закричали воины. А Баурджин сделал в памяти важную для порученного ему дела отметку — осень! Вот — начало похода. Ну, да, Джамухе следует торопиться — слишком уж сложно удерживать вместе такую массу враждебных племён. На чём основывается этот союз? На страхе перед Темучином, которому последовательно придаётся образ людоеда? Или наряду с этим на чём-то ещё? Страх… Если вспомнить слова Кара-Мергена о Дикой Оэлун, то получится, что Джамуха использует в своих интересах разбойников. Сначала они нападают на какое-нибудь кочевье, потом великий хан водворяет порядок. И все довольны. И подвергшиеся нападению роды, и Джамуха, и разбойники. Правда, разбойники в этой ситуации скоро будут крайними — чем ближе военный поход, тем меньше в них нужды Джамухе. — Ваши лошади упитанны и выносливы, а люди — радостны, — подольстился к старейшине Баурджин. — Вы, наверное, знаете все здешние новости? — Знаем. — Хоттончог усмехнулся. — Совсем скоро будет великий сход — курултай — вот пока главная новость! Действительно — новость. Вон оно как, оказывается… Курултай… Интересно, какие вопросы на нём будут решать? Наверняка — о начале военного выступления. Хорошо бы попасть на сей съезд… Нет, не «хорошо бы», а обязательно надобно попасть, обязательно! — Мы, музыканты-хогжимчи, были бы тебе весьма признательны, почтеннейший Хоттончог, если б ты посоветовал нам, в чьих родах лучше выступить? Расскажи, посоветуй, что б нам не ходить зря, ибо правду говорят, что глупая голова — враг ногам. — Что ж, — довольно качнул головой польщённый старейшина. — Раз ты просишь моего совета, улигерчи-гуай, ты его получишь. Итак, запоминай… В дне пути отсюда на север — кочевья тайджиутского рода старого Уддума Хадока, дальше, за ним — пастбища Кугурчи-нойона, а уж за ними… |