Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
Юноша восхищённо присвистнул и улыбнулся. А волк… волк тоже, казалось, улыбнулся ему, довольно качнул головой и, развернувшись, исчез за кустами. Баурджин облегчённо перевёл дух и вздрогнул, услыхав за спиной приближающийся топот копыт. Обернулся — прямо к нему, в окружении свиты, скакали хитромудрый хан найманов Инанч-Бильгэ и его гость — смазливый красавчик Эрхе-Хара, возмечтавший стать правителем кераитов. — Что это? — подъехав ближе, Эрхе-Хара с возмущением ткнул плетью в сторону убитого волка. — Твои люди начали охоту, не дожидаясь твоего разрешения, хан? Похоже, этот наглец достоин смерти! — Если б я сейчас не убил этого волка, ушла бы вся стая, — невозмутимо отозвался Баурджин. — Что же касается того, жить мне сейчас иль умереть, то это решать моему хану! Приложив руку к сердцу, юноша глубоко поклонился Инанч-Бильгэ. Найманскому хану его слова пришлись по душе — и в самом деле, чего это всякие гости лезут в советчики? — Ты правильно поступил, воин, — Инанч-Бильгэ довольно почмокал губами и перевёл взгляд на своего сановного спутника. — Что же касается волков, Эрхе-Хара, да и вообще — всех других зверей, то их у меня множество. Нам с тобой — точно хватит! Обернувшись, хан махнул рукой: — Дайте сигнал к началу охоты! Пронзительно-гулко затрубил рог. И тут же везде послышались довольные крики. Началась собственно охота, уже не загон — а добыча. И кавалькада, выхватив луки, облизываясь, ждала зверья… И звериная кровь оросила снег… Хан разрешил! Стало быть, уже можно… Чувствуя в душе неистребимый азарт охотника, Баурджин преследовал убегающего оленя. Ох, и красавец же! Настоящая добыча — пусть завидует Жорпыгыл и все его прихлебатели. Только бы не опростоволоситься, не упустить… Юноша дал шенкеля коню. Тропинка была узкой, и тяжёлые лапы елей больно хлестали парня по лицу, осыпая снегом. Погода совсем испортилась — повалил снег, завыл ветер, но Баурджин не замечал ничего. Только оленя! Загнать, поразить стрелою… Вот сейчас, кажется, удобный момент! Юноша рванул из колчана стрелу. Мимо! Эх, хорошо хоть никто не видел. Позор! Ага… А ну-ка… Олень на миг застыл на развилке. И пущенная преследователем стрела поразила его в шею! Ах, вот так добыча, вот так славно! Спешившись, Баурджин ловко освежевал дичь — сняв шкуру, отрезал голову, аккуратно вырезал печень, сердце. И вдруг рассмеялся, захохотал. Вспомнил — вот точно так же в Завидове егери Брежнева разделывали убитых генеральным секретарём кабанов. А потом все гости пили водку, закусывая дичиной, да пели тягучие украинские песни. Даже Андропов — и тот пел, хотя и кривился, считая охоту совсем пустопорожним делом. А попробуй-ка не явись! Семьдесят второй год, это вам не шестьдесят пятый, когда чуяли свою силу и «Железный Шурик» Шелепин, и Шелест, и тот же Суслов. Не то время! Брежнев возьми да и подговори Дубова над Сусловым подшутить! Пришьём, мол, лисий хвост «Михал Андреичу» на пальто. Знал Леонид Ильич: генерал Дубов душой молод, весел, азартен — наверняка согласится. Так и вышло. Сказано — сделано. Пока гости пели, пили, закусывали, Брежнев с генералом отлучились — оп, и дело сладили. Ой, как потом хохотали все! Даже сам Суслов. Но зло затаил, затаил — потом выяснил, кто, кроме Леонида Ильича, в шутке участвовал, и как-то при встрече — было в Кремле какое-то совещание по усилению идеологической работы в армии — намекнул: хороший, мол, воротник. Посмеялся даже. А глаза совсем не весёлые были, злые… как вот недавно у Эрхе-Хара. |