Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
Удар! Тяжёлая сабля нойона скользнула по кольчуге врага. Отпрянула — отбивая удар справа — и тут же, получив ускорение от вражеского клинка, ткнулась остриём во вражий бок, напрочь разрывая кольчугу! Вражина зашатался, выронил саблю... Что там с ним сталось, князь больше не смотрел — бросился на того, что справа... Ага! Тот не стал дожидаться, повернулся, да изо всех сил рванул к дороге. А левый... А левый уже валялся в траве со стрелою в груди! И, улыбаясь, подходил к Баурджину Лэ Красные Щёки. — Ты чего здесь? — увидев, как справившийся с врагами сотник несколькими прыжками догнал рвущегося к дороге беглеца, князь повернулся к лучнику. — Так там — всё, — победно надув щёки, улыбнулся тот. — Всех разогнали. — Пленные есть? — Вы же сами сказали — стрелять всех. — Н-да-а, — убрав саблю в ножны, Баурджин озадаченно почесал голову. — Промашечка вышла. И тут же закричал сотнику: — Ху! Ху! Оставь его в живых, Ху! Сотник, кажется, не расслышал... Ан, нет — вот ловко выбил у развернувшегося лиходея оружие. И ка-ак даст с разворота в морду! Ай, молодец! Бедолага лиходей полетел в придорожную траву, раскинув руки, словно какой-нибудь сбитый аэроплан. А по дороге уже бежали вооружённые люди — караванщики. Да-а, несколько запоздали, братцы. Вечером, у костра, Баурджин допрашивал взятого сотником пленника — по отзывам остальных попавших в плен лиходеев, тот как раз был из руководства банды. Помощник атамана или что-то в этом роде. Сам главарь шайки — тот самый щёголь в красном халате — был убит Лэ Красные Щёки ещё в самом начале битвы, после победоносного окончания которой Баурджин велел всех обыскать — и пленных, и убитых — на предмет всяких странных предметов. Ничего такого найдено не было! Ни-че-го! Что же, это просто обычная шайка, каких на караванных тропах хоть пруд пруди? А со слов пленника так и выходило. Обычный разбойничий круг. — И что, у главаря не было никакого необычного оружия? — прямую спросил нойон. — Нет, господин! — И ты никогда не слышал оружейного боя — грохота, дыма и невидимой смерти? Услыхав про грохот и невидимую смерть, разбойник побледнел. Ага! Значит, знает что-то, зараза! Знает, но молчит! — Я велю медленно зажарить тебя на костре! — наклонившись к пленному, жёстко произнёс Баурджин. — Но я же всё сказал, всё-о-о-о!!! — А гром? А невидимая смерть? — Я слышал про такую, — разбойник опустил голову. — Несколько наших как-то по весне нарвались на неведомых людей. Мы подумали: эта чужая шайка — а все караванные пути строго поделены — промышляет на наших местах. Решили проучить, выследили. Напа-ли... И вот тогда услышали гром. И невидимая смерть вылетала из маленьких коротких трубок! Князь схватил пленника за плечи, затряс: — Где это было? Где? — Недалеко от большого оврага. Здесь, рядом, в урочище Уголцзин-Тологой. Туда же, в овраг, с утра отправился целый отряд во главе с наместником. И никто ничего не нашёл! Н пули, ни гильзы... Даже старого дацана — и того не было, не появился что-то. Тишь, да гладь, да божья благодать. — Искать! — спешившись, приказал князь. — Что искать, господин? — Что-нибудь этакое. Незнакомое, чужое! Искали долго, почти до самого вечера, Баурджин неистовствовал, не позволяя своим людям даже минутки отдыха — слишком уж был раздосадован тем, что якобы неуловимая жестокая банда оказалась обыкновенной местной шайкой. Кстати, пленник ответил-таки на вопрос относительно жестокости — оказывается, им за эту жестокость регулярно платили. Платили откуда-то из города, какой-то очень влиятельный человек — и Баурджин догадывался, кто. Чу Янь, больше некому! Тем более, разбойник посетовал, что давно уже не платили. И ещё одно рассказал: оказывается, по просьбе всё того же заказчика они должны были оставлять около трупов несчастных караванщиков вещи, явно указывающие на сунцев — стрелы с клеймом, якобы случайно выпавшие в схватке монеты Южной империи и тому подобное. Интересное было заявление, над ним, безусловно, стоило хорошенько подумать. Но не сейчас! Сейчас — искать, искать, искать! |