Онлайн книга «Шпион Темучина»
|
— Ха, Гырынчак! – вдруг воскликнул старейшина. – Этот чужеземец говорит в точности так, как ты! — Он слишком много говорит, Корконжи-гуай, – шаман недовольно нахмурился, – и большей частью вовсе не то, что я хотел бы услышать. Нойон поднял голову: — Так ты, уважаемый Гырынчак, не ходи вокруг да около, а задай конкретный вопрос – на него и получишь ответ. Ты, верно, думаешь – мы лазутчики Темучина? Так вот – нет. И я могу это доказать! — Я не нуждаюсь в твоих доказательствах, – надменно усмехнулся шаман. – Поверь, я и сам могу придумать таковых сколько угодно. Скажи мне, откуда эта вещь? – Он внезапно похлопал по голубому черепу птеродактиля, лежащему на кошме рядом. — Из Гоби, разумеется. – Нойон усмехнулся – о кладбищах динозавров он узнал еще в тридцать девятом, рассказывали на политинформациях, было дело. — А видел ли ты разрисованные древним народом скалы? – не отставал Гырынчак. – Что на них нарисовано? — Разные диковинные звери, птицы. Даже слоны, кажется. Слон – это… — Мы знаем, что такое слон. — Повтори еще раз – в чьих кочевьях вы были? Баурджин быстро повторил и был уверен – нигде не ошибся. Потом добросовестно описал путь – горные тропинки, скалы, леса. Даже набросал словесные портреты тех, с кем встречался – старого Хоттончога, Чэрэна Синие Усы, Дикой Оэлун… — Ах, Оэлун, разбойница. – Шаман и старейшина переглянулись. – Похоже, ты ее хорошо знаешь, улигерчи. Слишком хорошо… Пожалуй, не хуже, чем Кара-Мергена и красные повязки, а? Вот этим вопросом нойон был ошарашен. Кара-Мерген, Черный Охотник… И с чего это шаман расспрашивает про него? И еще какие-то красные повязки… — А с чего бы я должен его знать? Нет, конечно, о Кара-Мергене я слышал – о нем много болтают в кочевьях, но лично никогда не встречал. — Не встречал так не встречал, – неожиданно согласился шаман. – Ты бывалый человек, улигерчи. Много где был, много чего видел… Шаман повернулся к старейшине: — Вели воинам отвести этого к старому кедру. Пусть дожидается остальных. — Но народу обещан праздник, – несмело возразил вождь. – Боюсь, будет много недовольных. Голубой Дракон задумчиво постучал костяшками пальцев по черепу птеродактиля: — Ты, как всегда, прав, Корконжи-гуай. Наш народ – трудолюбив и послушен и, конечно же, заслужил праздника. Что ж, думаю, ты, улигерчи, – он посмотрел на Баурджина, – с удовольствием повеселишь людей в нашем кочевье. А сейчас можешь идти. Немного отдохни, подкрепись, пока мы будем беседовать с остальными музыкантами. Мои люди проводят тебя. Небрежно махнув рукой, Гырынчак вопросительно взглянул на старейшину. Тот кивнул, и шаман громко хлопнул в ладоши: — Умбарк! Кэкчэгэн! В гэр поспешно вошли двое молодых парней – тех самых, с разрисованными торсами и погремушками. — Проводите улигерчи в гостевой гэр! – негромко приказал шаман и, повернув голову, улыбнулся пленнику: – До встречи. — До встречи, – поднявшись на ноги, Баурджин оглянулся уже на пороге. – А руки мне, что, так и не развяжете? — Развяжем… Шагай, шагай… Пожав плечами, нойон вышел из гэра, краем уха услыхав жесткий наказ парням: — Глаз не спускать! Отвечаете своими хребтами. Выскочив из юрты, словно ошпаренные, помощники шамана подскочили к пленнику – или к гостю? Нет, скорее все-таки – к пленнику: |