Книга Шпион Темучина, страница 92 – Андрей Посняков

— Безусый мальчишка должен справиться с медведем, – покачал головой нойон. – Не слишком ли сурово задание? Так скоро у вас совсем подростков не останется, медведь – зверь серьезный.

В ответ вождь лишь воздел глаза к небу – мол, на все воля богов. Или – духов, кого они там почитают…

— Что же касается дорог, – Черр-Нор вспомнил о первой части вопроса. – Я дам вам проводников, как только вы захотите уйти. Только прошу, не делайте этого завтра, в праздник… который начнется сегодня.

— Сегодня?

— Да! Прямо сейчас! – Старик поднял глаза и громко хлопнул в ладоши. Три раза.

Раз… Два… Три!

На третий хлопок неслышно отворилась дверь…

И под звон бубна и тягучую песню в избу вошли семь девушек, одна краше другой.

— Наши красивейшие девушки будут делать для вас все, что вы захотите, – осклабясь, пояснил вождь.

На девушках были надеты длинные просторные рубахи до самых пят, сшитые из мягкой оленьей кожи, украшенные бахромой и затейливым геометрическим узором – какие-то треугольники, круги, загогулины. А на спине и груди мелким блестящим бисером были вышиты оскаленные медвежьи морды. В руках девушки держали уставленные яствами большие деревянные блюда. Вкусно запахло варенным с лесными травами мясом, грибами, каким-то длинными лепешками из теста. Кроме всего этого, еще было много рыбы, как вареной, так и печеной, томленный в глиняном горшке тетерев, заправленная кедровым маслом каша из ячневой крупы, ягоды: черника, голубика, малина, ну и без ягодной бражки тоже, естественно, не обошлось.

Поставив все это на расстеленную прямо на полу циновку, девушки низко поклонились и вышли. Честно говоря, Баруджин даже не знал, что на него подействовало благотворнее – девушки или яства. Скорее и то и другое.

— Девушки придут ближе к ночи, – перехватив взгляды гостей, с улыбкой заверил Черр-Нор. – Ну, а сейчас – ешьте, пейте. Заодно и поговорим. Что смотрите, уважаемые? Да, я неплохо знаю язык степей и сопок. Правда, редко на нем говорю – не с кем. Потому – забываю и сами слова, и как их правильно говорить.

— Произносить, – поправил дотошный Гамильдэ-Ичен.

— Ну, вот видите… Я думовал… думал… думаю – вы про много хотите спросить. Спрашивайте. С радостью отвечу.

— Ваш род не выплавляет металл? – дожевав крылышко рябчика, спросил Баурджин.

Старик покачал головой:

— Нет. У нас нет кузнецов. И не будет – мы чтим традиции. Все новое – суетно, нехорошо. Все старое – благо. Так жили наши предки, так живем мы, так будут жить наши дети. Ничего не изменится!

Голос вождя стал торжественным, даже с этаким кликушеским завыванием, как у плохого оратора на каком-нибудь народном празднике типа Седьмого ноября или Первого мая.

— Я видел у вас гвозди… наверняка есть и железные топоры… Торгуете?

— Нет, лишь иногда особо доверенные лица встречаются с купцами. В особом месте.

— А купцы откуда? С юга?

— Нет, с севера. Там есть большие и могучие города. Мы не хотим, чтобы тамошние люди про нас слишком много знали.

— Большие города на севере? – Баурджин удивленно покачал головой. – Вот уж никогда не слышал.

Гамильдэ-Ичен вдруг возмутился:

— Как это не слышал? А разве я тебе про них не рассказывал? Ну, года три назад, что ли…

— Может, и рассказывал, – повернулся к нему нойон. – Но я не помню.

Дальше вождя подробнейшим образом расспросили про дороги на юг. Точнее, попытались расспросить, но хитрый старик увернулся от обстоятельного ответа, сославшись на то, что гостей все равно поведут проводники.