Онлайн книга «Не властью единой»
|
Миша повернул голову: из-за ореховых зарослей показалась конная процессия, человек шесть, с двумя псами. Впереди, на белом коне, похожая на прекрасного отрока дева в мужском платье – рубахе и портах. Рубаха из дорогой ромейской ткани, с богатой вышивкой, цвета первой весенней травки. Изумрудного цвета порты, изящные сафьяновые сапожки, темно-голубой плащ, застегнутый на правом плече золотой фибулой. Белокурые пряди выбились из-под охотничьей шапочки, украшенной длинным фазаньим пером. — Ну, вот она, наша госпожа. Ничего себе! Сотник удивленно моргнул: уж совсем не так представлял он себе хозяйку здешних мест. Было чему удивляться – вместо властной осанистой Кабанихи этакая вот фитюлька! Хрупкая блондиночка, худенькая, и рост – метр с кепкой. Ручки-ножки тоненькие, талия – сейчас на ветру переломится! Впрочем, не анорексичка, нет – этакая городская девочка-моделька с тоненькими ручками-ножками и почти без груди. Такая же «вешалка», как и Добровоя, только поизящней… Что же касается возраста… на тридцатник вдовица точно не выглядела, так, лет на пятнадцать… — Здрава будь, госпожа! – дождавшись, когда Костомара подъехала, Михайла поклонился, а следом за ним – и все его люди. — И ты будь здоров, путник. Милое личико, тронутое золотистым загаром, сурьмяные брови, тонкий породистый нос, губки… пожалуй, чуть тонковаты, но это красотку ничуть не портило. А ресницы какие! Глазищи большие, серовато-зеленые, с этакими золотистыми искорками. Да уж – красива, ничего не скажешь… В такую влюбиться можно… Запросто! Что ж до сих пор замуж никто не позвал? Хм… Может, кто и звал – да оно ей надо? Так она – полновластная хозяйка, что хочет, то и воротит, а будет муж? Не-ет, есть такие женщины, для которых свобода – превыше всего. Похоже, вдовица-то как раз из таких. Зачем ей муж? Стеснять только будет. Уж куда лучше любовник… или даже любовники… Такой-то красотке стоит только перстом поманить. Между тем подъехавший ко вдовице бородач – братец – что-то негромко ей говорил, время от времени кивая на путников. Выслушав, Костомара перевела взгляд на Горынку: — Кузнец! А я тебя и не узнала сперва. Что, говорят, продал ты свою кузню? — Продал, госпожа, – грустно улыбнулся Коваль. – Люди Торопа-старосты и купили. За две дюжины гривен. — Ну-у, это ты, братец, продешевил… Я бы больше дала. Правда, ненамного. Вот вроде бы улыбалась вдовица, а глаза остались серьезными: холодными, цепкими. Ой не нравился Мише такой взгляд, ой не нравился! — Так ты, мил человек, говоришь – подмастерье? – закончив беседу с Ковалем, Костомара внимательно посмотрела на Михайлу. – А ну-ка, покажи-ка ладони! — Пожалуйста, моя госпожа, – повел плечом сотник. Подошел поближе, показал… — Цыть! – кто-то из свиты утихомирил собак. Вдовица прищурилась: — Вижу, вижу – мозоли… Только больше похожи на те, что от рукояти меча! Как у братьев моих, у воинов… Да и взгляд твой… это не взгляд простолюдина! Говоришь, из Ясенева? В Туров? Ну, коли в Туров – иди. А на моей земле такие подозрительные люди без надобности. Время до вечера вам, чтоб отсюда убраться. Потом пускаю псов… и воинов. Сурово! Хотя… могла бы ведь и просто убить. Так, от греха подальше. Ясенево далеко, за подозрительных чужаков вряд ли кто спросит. Единственное – Горынко Коваль. Он-то вроде как не чужой… Ну, значит, просто парню не повезло бы. |