Онлайн книга «Не властью единой»
|
— Хорошо сейчас на покосе, а, Велька? — Не Велька, а урядник Велимудр, – важно отозвался рыжий. — Так я и говорю ж! — Нет! Ты, Глузд, не так все говоришь, а с подвохом. — Я? С подвохом? – Глузд суетливо замахал руками: – Да ни в жисть! — Вот зачем, скажи, нас с тобой в один караул поставили? – рыжий Велимудр-Велька важно надул губы. — Так то десятник… — Верно, десятник, – Велимудр сделался еще важнее, по крайней мере – в собственных глазах, синих, как лесное озеро. – А почему? Чтоб я на тебя влиял! Это Михайлы-боярича придумка! — Сотника? – хлопнул глазами Глузд. – Слышь, Вель… Велимудр… А правда вы с бояричем в Царьграде много повоевали? — Было дело, – рыжий пригладил вихры. – Так ведь не я один. И Ермил, дружок мой, там был, и много кто из наших еще. Даже сестрица моя беспутная – Горька. — Та, что тебе – зуб? — Она-а… Замужем теперь, за гостем торговым из Ладоги. — Ладога? А где это? Там же, где и Царьград? — Ну… маленько в другую сторону. — А Царьград красивый, большой? – не отставал Глузд. А Велька и рад – ишь, как слушает! — Большой – да. Как десять Туровов. А насчет красоты, тут уж – кому как. Мне так на приволье лучше. Эвон, глянь-ко кругом – река, озера, лес, луга вон, поля, покосы… Красота и есть! А в Царьграде – одни камни. — Что значит одни камни? — Дома все из камня, стены, улицы – тож. — И улицы даже? Ну, дела-а! — Та-ак! – водрузив на голову шлем, вдруг спохватился Велька. – Ты что это на посту болтаешь, унот Глузд? Устав гарнизонной и караульной службы забыл? Часовому запрещается… А ну, как дальше? — Э-э-э… Вообще-то, унот Глузд был парнишка умный… правда, ленился иногда, особенно в тех делах, которые требуют внимания и усидчивости. — Вот! – хмыкнув, юный урядник Велимудр наставительно поднял вверх большой палец… да так и замер, увидев вдалеке какую-то дымку. Пост младшей стражи, где сейчас несли службу ребята, располагался на поросшей редколесьем круче, спускавшейся к самой реке, и таким уж дальним не считался. Впрочем, как и ближним тоже. Участок считался спокойным, граничил с землями боярина Журавля. Боярин хоть и сгинул, однако отношения с тамошней властью оставались вполне добрососедскими, и пакостей от «журавлей» никто в Ратном не ждал… — Вон-вон, смотри! – урядник показал рукою. – Костер, что ли, на покосе жгут? Во дурачины-то! Вот что, друже Глузд, а сбегай-ка… — Не, на костер не похоже, – невежливо перебил унот. – Вон, дыму-то уже… Может, поджог? — Да кому там поджигать… Хотя… Оставайся здесь, а я сам смотаюсь, гляну. Оставив рогатину и щит, Велька перекинул за спину арбалет и опрометью помчался к покосу. Про шлем, конечно, забыл, только кудри рыжие колыхались. Бежать было недолго, урядник и устать не успел… А пламя-то уже та-ак разгорелось! Казалось, все поле горит, весь луг, весь покос! Косари уже спохватились, а как же! Тушили вовсю – таскали шапками воду, пытались сбить пламя одежкою… Да что уж там было спасать! Недаром пословица – горит, как сухая солома. Вот и горело… — Пожню, пожню поливайте! – подбежав, распорядился Велька. – Эх, что ж у вас тут… Провозившись с полчаса, пожар все же потушили. Сгорела пара стогов да разложенное для просушки сено… — Похоже, отсюда и вспыхнуло, – Велимудр задумчиво склонился над гарью. – Вон, как выгорело-то, ага. Тут и полыхнуло. А потом пламя к стогам побежало… Не спохватились бы вовремя – сгорело бы все! |