Книга Разбойный приказ, страница 71 – Андрей Посняков

Сидевший у костра Прохор как раз жарил на прутиках только что выловленную рыбку – окуней или хариусов. Услыхав зов, закрутил рыжеватой башкой, словно ошпаренный.

— Да не вертись, Проша, – засмеялась сидевшая рядом на еловом лапнике Василиска. – Эвон, с реки Митька зовет.

Прохор поднялся на ноги:

— Ну, пойдем, коли зовет.

— Ну нет! – Во многих вещах Василиска разбиралась куда лучше молотобойца, вот как сейчас. – Не пойду, тебя же зовут – не меня. Да и не один там Митька, с приказчиком этим… – Девушка еле заметно вздохнула. – А ты иди, Проша, иди. Я за рыбкой-то пригляжу – ужо к вашему приходу изжарится. Вон, и Анемподист-инок из лесу выходит, все веселее.

— Ну, смотри сама…

Иванко-приказчик и Митька сидели на камнях на берегу реки, невдалеке от брода. Чуть выше по течению, в небольшом омутке, обозные затеяли купаться, а пониже, у плеса, мыли и поили коней. И вроде, казалось бы, у реки было светло, уж, по крайней мере, светлее, чем в лесу, однако, отойдя от костра, Прошка долго привыкал к нахлынувшей вечерней мгле, синей и неожиданно теплой.

— Пойдешь ко мне на службу, Прохор? – едва юноша подошел, негромко поинтересовался Иван.

— На службу? – Прошка хмыкнул. – А ты кто хоть такой?

— Да говорил же, холмогорского гостя Еремея Хвастова приказчик и компаньон.

— Кто?

— Компаньон – это, Проша, слово такое, – пояснил Митрий. – Означает, что они с купцом дела ведут вместе.

— О, хорошо объяснил, – обрадованно поддакнул приказчик. – Так я вам вот что предлагаю – вы на меня работаете, то есть исполняете разные поручения и прочее, а я за это обеспечиваю вам и Василисе спокойную жизнь в Тихвине. Ну, и плачу.

— Что-что? – не поверил Прохор. – Еще и жалованье платить будешь?

— Конечно, – Иван важно ухмыльнулся. – Да не бойтесь, все на оброк не уйдет, вам и самим достанется. Ну, так как?

Ребята переглянулись.

— Только чтобы Ва…

— Да я ж сказал! Все по добру будет.

— Ну, тогда… – Прошка грянул шапкой о землю. – А, по рукам! Э… Только ежели с кузнецом Платон Акимычем Узкоглазовым сладишь!

— Уж с кузнецом точно сладим, – с улыбкой заверил Иван. – Так как, согласны?

Ударили по рукам, расцеловались, как принято. Никто никого в кабалу не верстал, просто холмогорскому торговому человеку Иванке Леонтьеву нужны были на некоторое время порученцы, хорошо знающие Тихвинский посад и округу. Вот за выполнение разовых поручений он и собирался платить.

— А потом что? – допытывался дотошный Митька. – Снова в введенскую кабалу?

— Потом? – Приказчик хитро прищурился. – А потом видно будет!

Путешествие закончилось благополучно. На следующий день, к вечеру, впереди показались луковичные купола Успенского собора Большого монастыря. Тихвин!

— Ну, добрались, слава Богу, – облегченно перекрестился Прохор.

Митька усмехнулся:

— Не радуйся раньше времени, паря! Еще как здесь все сложится-то.

Торговый тракт незаметно перешел в широкую улицу Большого посада, тянувшуюся до Соборной площади. Оранжевое солнце клонилось к закату. Колокола многочисленных церквей благовестили к вечерне.

— А сегодня ведь твоей заступницы день, сестрица, – посмотрев на Василиску, улыбнулся Митрий. – День святой мученицы Василиски. Соловьев пойдем слушать? – Это отрок спросил просто так, разговора ради – уж конечно, не до соловьев сейчас было, хотя как раз в этот вечер, на Василиску-мученицу, молодежь ходила слушать соловьев – примета такая была: «От Василиски до соловьев близко».