Онлайн книга «Московский упырь»
|
— Я тоже думаю, что среди них и нужно искать, – выслушав ребят, заметил Ртищев. – Только сперва по новой проверить надобно – точно ли и у всех прочих внутренности пропали. — Да ведь как проверишь-то, господине?! – вскинулся Митька. – Коли их же всех, прости господи, давно на погост увезли? — Вот ты и займись. – Думный дворянин улыбнулся и надсадно закашлялся. – Хоть самому к ворожеям идти… А и займусь! А вы двое, – он посмотрел на Ивана и Прохора, – покойным Ефимом Куракиным. Установите точнейшим образом: что он делал на постоялом дворе, часто ли там бывал, с кем общался, ну и все прочее. Задачи ясны? Тогда что сидите? Холодно было на улице, морозно, зато небо лучилось синью, зато весело сияло солнце! Славно было скакать по заснеженным улицам, славно, хоть и холодновато, признаться; по пути Прохор с Иваном пару раз останавливались, заглядывали в корчмы, не выпить – согреться. Вот и Остоженка. Иван наклонился в седле: — Эй, парень! Где тут постоялый двор? — Вам постоялый двор или кабак? — Двор, говорю же! — Эвон за той церквушкой. Поскакали. Миновали деревянную церковь с колокольнею, перекрестились на маковку и, посмотрев вперед, увидали обширный забор с призывно распахнутыми воротами, в которые как раз въезжали крытые рогожами возы. За воротами виднелись приземистые бревенчатые строения – избы, амбары, конюшня… Переглянувшись, парни, обогнув возы, въехали на обширный двор. — Кажется, здесь, – Прохор кивнул на крыльцо самой большой избы. Тут же, откуда ни возьмись, подбежал служка: — Изволите остановиться у нас? Иван спешился, кинул поводья: — Может быть, коли понравится. Служка изогнулся в поклоне: — Сейчас доложу хозяину. Проходьте в избу. — На вот тебе медяху. Лошадей не забудь покормить. — Само собой, господа мои, само собой. Толкнув тяжелую дверь, друзья прошли через длинные сени и оказались в обширной горнице с низким потолком и изразцовой печью. Над большим, тянувшимся через всю горницу столом, свисая с потолка на деревянных подставах-светцах, потрескивая, горели свечи. Сняв шапки, парни перекрестились на иконы. — Рад видеть столь приятных молодых людей! – приглаживая пятерней расчесанную надвое бороду, поклонился гостям невысокий кругленький человечек в темно-коричневом зипуне с деревянными пуговицами, надетом поверх красной шелковой рубахи. Пояс тоже был красный, с желтыми кистями. Иван усмехнулся – экий щеголь, – спросил: — А ты, верно, хозяин? — Он самый, Ондреев сын, Флегонтий. А вы кто ж такие будете? — Дети боярские из-под Коломны. Думаем в войско наняться, к воеводе князю Милославскому… Ну, или – к Шуйским. — Хорошее дело! – Флегонтий заулыбался. – Без вас, уж ясно, никак не разбить Самозванца. — Шутишь? — Шучу, шучу, господа мои! Сами знаете, жисть сейчас такая, что без веселой шутки – никак. Надолго к нам? – Хозяин постоялого двора улыбался, но глаза его оставались серьезными. — Как с воеводами сговоримся. Может, и сегодня съедем, а может, всю седмицу проживем. Да мы заплатим, не сомневайся. — Да я и не сомневаюсь… Желаете отдохнуть с дороги? Парни переглянулись: — Да, пожалуй, для начала перекусим. Флегонтий улыбнулся: — Хорошее дело. Чего изволите? Есть студень, жареные свиные уши, щи мясные и мясопустные, пироги-рыбники, квас… |