Онлайн книга «Красный май»
|
— А родительских прав не лишена? — Да пока нет еще. Впрочем, вам лучше знать – вы же полиция. — И все же, постарайтесь хоть кое-что вспомнить. Хотя бы особые приметы. Ну, татуировки там… — Была! – Перминова обрадовано кивнула. – Вы знаете, на левой лодыжке. Небольшая, травинка такая и цветок. Розочка, вроде… — Цветная? — Да нет, обычая, черная… — На момент пропажи во что была одета? — Да Боже ж мой! Откуда ж я знаю? У матери ее спросите, алкоголички! Особого толку из беседы не вышло. Про свою племянницу тетушка мало что знала, хорошо хоть ссылку на Инстаграм скинула. Простившись с заявительницей, Сергей застучал по клавишам… Итак… Потеряшка – Агнесса Викторовна Маскеева, четырнадцати лет от роду… Кто ж ты такая-то? Что фоточки скажут? Хм… мордашка симпатичная. Брюнетка. Волосы в каре… пожалуй, даже чуток длиннее, до плеч. Рост средний. Телосложение – худощавое… Ишь ты, купальника какой! Ничего не скрывает. Да, собственно, тут и скрывать- то нечего – груди почти нет. Не выросла еще, ага… Тут вообще какое-то ретро! А вот еще летние селфи – в коротких шортиках, в топе… А вот и молодой человек.. по виду – гораздо старше. Вот еще один… Где-то на пляже. Обнимаются, ага… Татушку на щиколотке хорошо видно – травинка и цветок. Может, еще что-то есть… Ага, вот! Кто-то ее со спины снял, прямо в воде, в озере… Обернулась игриво… И что эту у нас там на правой лопатке? Листочек прилип? Нет, не листочек – татушечка! А ну-ка, увеличим… Рисунок какой-то. Рыбка? Да нет – веселый голубой дельфин! Красиво, да. — Вот этим и занимайся! – заглянув в кабинет, усмехнулся начальник. – Я уж и не помню, кому материал расписал. Кольке, кажется… Ну, спросишь, заберешь. В школу сходи, в инспекции детской поинтересуйся, в КДН… (КДН – Комиссия по делам несовершеннолетних, административный орган при местной власти, к полиции отношения не имеет). …мать навести, поспрошай… когда та из запоя выйдет, х-ха! В общем, дерзай, Сереж! А то у ребят и так дел невпроворот. А тут еще это… Разгребешь – сильно нам всем поможешь. — Постараюсь, товарищ капитан! — Да ла-адно… Серж, хоть и не долго еще был стажером, однако, успел заметить, что в ОМВД все обращались друг к другу по имени (к тем, кто помоложе), по имени-отчеству, либо вообще только по отчеству. По званию же – только когда кто-то кого-то распекал. Типа; что это вам, товарищ старший лейтенант, служить надоело? Так в народное хозяйство – милости прошу. — К матери один не суйся, – уходя, предупредил Сомов. – А то еще тебя потом искать… Участковый на той неделе поедет – и ты с ним. Я предупрежу. И это… думаю, девка найдется скоро. Просто загуляла где-то. Но, задницу нам прикрыть надо. А чем? Правильно – бумагами. Чем больше людей опросишь, тем лучше. Затребует какой проверяющий крючок розыскное дело – так чтоб видно, что материал отработали. А не как обычно у наших – два листа. Мать потеряшки проживала в пригородном поселке, и откликалась на кличку Ирка-Синяк. Или просто – Синюшница. — Во-он тот дом, – вылезая из служебной «Нивы», показал рукой участковый, майор полиции – статный усач лет тридцати пяти, звали его Игорем. Дом, как дом. Обычная панельная трехэтажка, какие лет сорок назад строили во всех колхозах. Все кругом выглядело как-то уныло. То ли день выдался пасмурным, серым, то ли сезон такой – конец апреля, не пойми, что. Под деревьями и у самого дома – черные сугробы слежавшегося за зиму снега, коричневые лужи и грязь. Одно слово – весна. |