Книга Меч времен, страница 117 – Андрей Посняков

Михаил, естественно, всю дорогу помалкивал — думал. С одной стороны, вот вроде бы и радоваться сейчас — все наконец-то закончилось! Еще немного — и дома! Дома! Рассказать кому — не поверят, точнее даже, не воспримут всерьез, примут за очередную реконструкторскую байку, каких много ходит.

Дома!!! Черт побери, дома! Радоваться бы надо — да все не отойти никак, не поверить. Это ж надо! С самим Александром Невским шведов рубал! Потом в рядовичи скатился, в закупы… Умереть — не встать. Господи, кажется, в прошлом теперь все, в прошлом…

И там же — Марьюшка, парни… Интересно, выберутся ли они? Вряд ли. Без Мишиной помощи — вряд ли. Ну, Василий хоть от раны оправился, да и Мокша вроде ничего себя чувствовал, несмотря на пробитое плечо, а вот Авдей… Нет, Авдей не жилец, явно не жилец — вражины с ним возиться не будут, в крайнем случае — прибьют, чтоб не мучился, как говорится — и на том спасибо.

Очень нехорошее, неприятное чувство захлестнуло вдруг Мишу, он внезапно почувствовал себя предателем, словно бы специально предал своих, сбежал, скрылся… И теперь вот он — здесь, в полнейшей безопасности, дома, а они — Василий, Авдей, Мокша — там, на болотине, в окруженьи врагов. И что там будет? Да ничего хорошего.

И понимал, конечно, Михаил, что не так все, что и сам-то он ничего подобного не желал, не ждал даже, бежал на подмогу, а получилось… вот так вот неожиданно все и вышло. Как и в тот раз, в Усть-Ижоре. Кстати, а ведь, выходит, та девчонка, в Усть-Ижоре — боярыня Ирина Мирошкинишна и есть! Похоже, что так… Черт побери! Парней жалко! Ведь не выберутся, пропадут. Не погибнут сразу, так во вражьих лапах окажутся, а еще не известно, что хуже.

Но он же, Михаил, в этом не виноват! Ну вот, нисколечки. А что же тогда так ноет сердце? Что же так пакостно на душе? Словно бы что-то важное не доделал, не смог.

Да и черт с ним — все равно уже ничего не поправишь! Что теперь поделаешь-то? Туда — обратно — уж точно, по своему хотению не попадешь. А раз так — нечего и думать.

И все равно — пакостно.

Турбаза представляла собой просторную поляну с десятком небольших уютных с виду — и, наверное, внутри — домиков, еще имелась кухня, дизель-генератор и — ближе к озеру, на самом склоне — баня, куда Мишу сразу же и отправили. Как сказал повар — «что б не простыл». И еще предложил водки, от которой не отказался и водитель застрявшей «Волги». Правда, в баню не пошел — начальник турбазы, увы, сейчас отсутствовал — не было и «уазика».

— Ну, может, тетки чего в деревне разыщут, — махнув рукой, шофер с удовольствием затянулся предложенной сигаретой. — Пойду, а то будут потом искать.

— Начальник должен к вечеру объявиться, — обнадежил повар, кудлатый мужик лет сорока пяти с круглым хитроватым лицом, обрамленным шкиперской бородкой. — Уж всяко вытащит.

Шофер улыбнулся:

— Вот и я про то.

Михаил тоже парился недолго, больше выспрашивал про турбазу, причем хитро, сам ведь выдавал себя за ролевика — к чему лишние сложности? Еще вдруг паспорт попросят предъявить или чего еще. Зачем?

Как охотно пояснил повар, турбаза летом предоставляла домики под детский оздоровительный лагерь, а в остальное время жила на рыбаках, охотниках и туристах, привлеченных дикой красотой сего незатронутого цивилизацией края. Охота — как и рыбалка — тут, по словам повара, были знатные.