Онлайн книга «Меч времен»
|
Вот эти-то километры, по здравому рассуждению новых приятелей, и не должны были пропасть втуне, то есть — на трезвую и больную голову. Ну конечно же по пути обязательно нужно было выпить — и не пиво. От пива, честно сказать, Мишу уже тошнило. Потому-то в ларьке пластиковые стаканчики прикупили — не с горла же хлебать? — Счас колбаску порежем, хлебушек, огурчики-помидорчики, — вызывая у Михаила слюну, еще на платформе начал приговаривать Веселый Ганс. — Сядем на бережку… эх! А наши подождут немножко — пивасиком пока отопьются… О! Вот что! Давайте-ка вместе гулеванить, а? Сядем, все честь по чести — мы в форме, вы — в ваших своих железяках… Сфоткаемся… Классные фотки будут, а? — Отличная идея, — поддержал Михаил. — Так нашим и предложим… если они уже вместе не сидят. — Да ну! Чего им там пить-то? Пиво? Эт-то несерьезно! Сели. Налили. Выпили… — Слышь, Миша… А это… девки-то красивые в ваших рядах есть? — Ха! Да как же без них-то? — И много их? — Хм… не сказал бы… — А как они себя ведут? Песни поют, гулеванят… или наоборот — тихие, словно б не от мира сего? — Да разные… Вот привязался! Лучше б налил. — Извини… Ну, за женщин! Эх, хорошо! Миша занюхал хлебом, закусил помидорчиком, И впрямь — хорошо. Место красивое, не загаженное, не скажешь, что поселок рядом, и не один. Речка, птички поют — соловьи там, жаворонки… вот ворона закаркала. — Не ворона это, — наливая, со знанием дела пояснил Василий. — Коростель. — А ты откуда знаешь? — Михаил посмотрел на приятеля с удивлением. — Так я ж деревенский. — Вот за деревню и выпьем. Долго не засиживались, так и решили — раздавить поллитру — и все, остальное уж там, со своими, в кольчужках… Интересные фотки выйдут — дружинники вместе с вермахтовцами, эх, если б у них еще «опель» был! — Вася, а ты мне «шмайссер» свой сфоткаться дашь? — Не «шмайссер» это. Эм-Пэ сорок. — Ну, все равно — дашь? — Да дам, жалко, что ли? А ты мне — кольчугу! И меч! Сам, что ли выковывал? — Купил. Есть магазины… — А-а-а… — Веселый Ганс зажевал водку вареной колбаской и, улыбнувшись, добавил: — Кстати, о магазинах… У меня и снаряженный имеется! — Да ты что! — едва не поперхнулся Михаил. — У тебя что, автомат-то стреляет? — Да еще как, — Василий скромно потупил очи. — Лично откопал, лично в порядок привел… держу, правда, недалеко, в схроне. А то ведь, сам понимаешь… — Да уж, дело уголовное. — Ничего, пока не схватили… По бутылкам сегодня постреляем, ага! Девок ваших позовем… желательно — скромниц. — Ага! Постреляем, — сплюнув, Миша покрутил рукой у виска. — Да на эти выстрелы весь поселок сбежится! — Так ведь… — Слышимость тут… О! Электричка! Где-то в стороне — а казалось, рядом — прогрохотал поезд. Снова запели птички, вороны закаркали… то есть эти… коростели… … и закричал кто-то. Оборванно так, будто бы кричавшему поспешно заткнули рот. Приятели переглянулись: — Показалось? Или в самом деле кричали? — Тсс! — Миша приложил палец к губам… Долго ждать не пришлось — из ближайшего ольшаника снова послышался крик — на этот раз, похоже, мужской, досадливый… И ругань — «ах ты ж, сучка!»… И удар — словно пощечину закатили. И снова женский крик. — Кажись, девчонку бьют, — несмело предположил Веселый Ганс. — Местные разборки. — Местные, — поспешно — пожалуй, даже слишком поспешно — согласился Михаил. И тут же, устыдясь собственной трусости, добавил: — Все равно, нехорошо женщин бить! |