Онлайн книга «Крестоносец»
|
В машине нетерпеливо забибикал Веселый Ганс. — Иду, иду уже… Усевшись за руль, Михаил завел авто и тронулся с места, задумчиво глядя на девчонку с браслетиком… Леру… Нет… скорее всего — просто похож… Глава 2 Наши дни. Июль. Псковская область Советский-3 Мы же в обмен на названную его крепостную дали господину епископу Парижскому Эмелину — нашу крепостную, для выдачи ее замуж… Через день Ратников отвез Веселого Ганса обратно в поселок — гостю нужно было возвращаться. Забрав «десятку» со двора, тормознулись у магазина, обнялись на прощанье. — Ну, — улыбнулся Ганзеев. — Ты не забывай, звони. Миша кивнул: — Буду. Да и ты информируй, ежели что-нибудь интересное… ну, в знакомых местах. Опер вскинул глаза: — Понял… Не пойму только — и что ты к этому браслету привязался? Ну, похож — и что? — Да так… — Ратников отмахнулся — да что тут скажешь-то? Что это никакой не браслет, а прибор для мгновенного перемещения во времени? Кстати, вчера ведь по пьяни так и брякнул… Конечно, Василий, как всякий нормальный человек, на это не прореагировал, даже у виска пальцем не покрутил, счел за шутку… Нет, этот браслетик, тот что на девочке Лере, конечно, может, и не тот… Во, как мысли причудливо изгибаются — «этот — не тот»! — уж точно — по древу. Михаил усмехнулся и, хлопнув приятеля по плечу, пожелал удачного пути. Гость завел двигатель и высунулся в форточку: — Спасибо за все, Миха! Отдохнули классно. — Да не за что. — В Питер когда? — Да к осени выберусь… — Ну, будешь — заходи. Посидим не хуже, чем у тебя здесь. — Да уж. Не сомневаюсь. Махнув рукой вслед отъехавшей «десятке», Ратников немного еще постоял, подумал и, взяв в «УАЗике» сумку, зашел в магазин — за пивком. И сразу же выпил, вот только отъехал за угол, в тенечек, чтобы особо-то не отсвечивать. Первую бутылку — на этот раз взял бутылочного, оно почему-то казалось вкуснее — Михаил охоботил разом, в три глотка — уж больно после вчерашнего душа горела, прямо таки надрывно просила влаги, а вторую уже смаковал, пил медленно, с чувством. Пил и думал. О браслетике… О Марьюшке… О том невероятном, что приключилось с ним почти год назад. Тоже вот началось все с найденного случайно браслетика — желтовато-коричневого стекла, в виде змейки с красными глазками, благодаря которому Ратников, к ужасу своему, очутился вдруг в тринадцатом веке, а точнее — в тысяча двести сороковом году, 15 июля — как раз в момент знаменитой Невской битвы. На битву эту Михаил, собственно, тогда и приехал в Усть-Ижору — с историческими реконструкторами — целой ватагой! Помахали мечами всласть, потом выпили — как всегда, мало показалось. Миша с Веселым Гансом — Василием Ганзеевым — махнули за водкой. Ратников тогда еще не знал, что Ганзеев — опер, специально внедрившийся в среду реконструкторов: под их видом кто-то поставлял в городские притоны подростков — юношей и девушек — очень странных, словно бы не от мира сего. Как выяснил Михаил уже позже, разобравшись, где очутился — в Новгороде Великом, мать честная! — ребятами этими торговала целая шайка во главе с боярышней Ириной Мирошкиничной, молодой и обворожительно сексуальной дамой из могущественного аристократического рода. На нее работали хитрые ярыжки, типа Кривого Ярила, тиуна, и такие откровенные садисты, как некий Кнут Карасевич, которого Михаил едва не убил. |