Онлайн книга «Демоны крови»
|
— Туда, — ухмыльнулся Олекса. — В прошлый раз не попали, сами знаете — похороны. — Да уж, — темненький пастушонок усмехнулся и, прищурившись, пристально осмотрел путников. — А вы чего сюда-то свернули? — Так, думали, ближе… — Не-а, не ближе, — отрок лениво поковырялся в носу. — Только крюк лишний сделаете. — Ну и ладно, — стащив с плеча котомку с припасами, Ратников уселся под крону раскидистой, стоявшей неподалеку сосны. — Хоть поснедать… Садись с нами, парни! Пастушки переглянулись… уселись. И с видимой охотою принялись уминать прихваченную Мишей в путь печеную рыбу. Ели так, что за ушами трещало, видать, не очень-то их хозяева баловали… в отличие от коров. — А что, собак-то у вас нету? — словно бы невзначай спросил Михаил. — Чего ж нету-то? На ночь из замка берем… — А замок, значит, ночью без собак? — А зачем им? Но к осени вырастят — щенки есть. — Приказчик Яков, он там за главного? — Приказчик? А-а-а, герр Штраузе, баллеймейстер… магистр имения, замка то есть, — цыганистый парнишка оказался весьма даже неглуп, пояснил толково. — Приказчиком его наши зовут — так им понятней. — А вы-то как в замок попали? На барщину? — Так. — Понятно… И давно уже здесь? — Давно, с травня-месяца. С травня… да уж — «давно». Ратников покачал головой: вряд ли эти ребятишки могут знать хоть что-нибудь важное, за такой-то срок… тем более и социальный статус крайне низок… — А этот приказчик Яков… Штраузе — так? — Да-да — герр Якоб Штраузе — он любит, чтоб именно так обращались, — парнишка потянулся, заложив за голову руки. Рукава ветхой — явно с чужого плеча — рубахи его соскользнули вниз, к плечам… А на сгибе правой руки, там, где вена, Ратников вдруг заметил синяк. Бывает, если неумело колоть… долго искать вену… — Иголкой тыкали? — Михаил показал на синяк пальцем. — А ты, мил человек, откудова ведаешь? Ой! — парнишка вдруг сконфузился и живенько опустил руки. — Да знаем, знаем, не прячь! — поспешно успокоил Миша. — Таких, как ты в чудинской деревне знаешь, сколько? Напарник твой… у него тоже? — Угу… — парнишка опустил глаза. — Герр Штраузе строго-настрого запретил про то говорить. Мы и не будем! Ратников громко расхохотался: — А мы вас и не спрашиваем! И без вас знаем… Тоненькая такая блестящая игла, не очень-то и больно… кровь в чарочку хрустальную стекает… Так? Пастушки испуганно переглянулись. — По глазам вижу, что так. Михаил ковал железо, не отходя от кассы: — А что сказали? Ну, как заставили-то? — Лекарь приезжал… Сказал — дурную кровь надобно выпустить. Выпустил… — мальчишка неожиданно улыбнулся. — А потом нас накормили — вкусно-вкусно. Жареные перепела, хлебушек пшеничный. Белый, вино… никогда так не ел! — А дружок-то твой, что ничего не расскажет? — подал голос Олекса. — Молчит, словно немой. — Никола-то? Так он и есть немой. — Понятно… А что за лекарь-то? — Герр Якоб говорил, чтобы мы… — Так вы и так уже все рассказали… Точнее говоря, за вас — мы. Ну? Так что за лекарь-то? Верно, чудной? — Чудной, верно! — парень, как видно, и не хотел уже ничего говорить, но вот после слова «чудной» вдруг кивнул, даже слегка улыбнулся. — Лица не разглядеть — под повязкой, одни глаза сверкают. Белесые такие, рыбьи… Ратников вздрогнул — рыбьи глаза! Впрочем, мало ли у кого такие бывают? |