Онлайн книга «Дикое поле»
|
— Встаньте здесь, у оврага, — быстро распорядилась госпожа. — И не пускайте чужих. Они так и сделали, рассредоточились по степи, возле истукана. С госпожой и царевичем было еще с дюжину воинов — они тоже остались сторожить. Нет, это нельзя было назвать любовным свиданием, скорее — просто тайная встреча подальше от любопытных глаз. О чем говорили Ак-ханум и царевич Сартак в эту дождливую ночь? Какие такие важные дела обсуждали? Бог весть… Но только… Но только уже начинало светать, как из желтой предутренней мглы вдруг выскочил Уриу. — Они ползут сюда. Спешились и ползут, словно змеи, — взволнованно доложил парень. — Ползут? — С собой у них луки и стрелы. — Их нужно перехватить! — раньше всех сообразил Михаил. — Или убить — кто бы они ни были. — Да, — согласно кивнул Утчигин. — Хорошие люди не будут ползать в траве с луками. — Вперед… Всадники спешились, вытащили мечи и кинжалы, скрылись в тумане следом за Уриу. — Мы обойдем их со стороны реки, — обернувшись, шепотом предупредил проводник. Так и сделали. Обошли… А первые лучи солнца уже освещали быстро светлеющее над головами небо! Туман быстро таял… и вот уже впереди, в траве, стали видны лучники! Они ждали, ждали, когда растает туман… и вот наконец дождались! Кое-кто уже приподнялся, прицелился… Боже! Ратников тут же увидел невдалеке, у оврага, неспешно едущих рядом всадников — госпожу Ак-ханум и царевича. Оба о чем-то беседовали, и лошади их спокойно помахивали хвостами. Безжалостный кинжал Утчигина вонзился меж лопаток тому лучнику, что был ближе всех к цели. Некого тут было жалеть… и некогда. Вражины встрепенулись, почуяв неладное. Кто-то успел пустить стрелу — однако вовсе не в тех, кого так долго поджидали. Ратников пригнулся, пропуская стрелу над головой. И, бросившись вперед, взмахнул мечом, отражая удар кривой сабли. Искры! Скрежет! И узкие ненавидящие глаза, злобные, как глаза оборотня! — Ышшь, Ышшь! — Шипи, шипи, — усмехнулся молодой человек, с оттяжкой нанося удар. Враг отскочил в сторону, и Михаил бросился в атаку, изгоняя поднявшуюся было в душе ярость — сердце воина всегда должно оставаться холодным. Удар! Удар! Удар! И яростный скрежет, и злобный шепот, блеск глаз… Еще удар! Ага, не шибко хорошо владеешь ты своей саблей! А вот, попробуй так… Ударь, ударь… бросься! Миша нарочно поддался, якобы поскользнулся в мокрой траве, упал… Торжествуя, противник бросился на него… и наткнулся брюхом на меч! Захрипел, выронил саблю… Ратников отпихнул его ногой, огляделся, вытирая о траву окровавленный меч… С остальными, похоже, все было кончено. Молодец Уриу! Если б не он… — А где Карнай? — Ратников осмотрелся. — Нет больше Карная, — угрюмо качнул головой Утчигин. — Убили. Получил в сердце стрелу. Миша искренне опечалился: — Жаль. Нет, честное слово! — Он погиб, как настоящий витязь. — Он и был витязем. — Да, был… мы справим по нему достойную тризну. Красавица Ак-ханум и Сартак уже пустили лошадей в галоп, мчались, а за ними — и воины. Спешили на помощь. — Ну, что тут у вас? — Уже все хорошо. Вот только жаль, не удалось взять пленных — они не сдались. И еще — Карнай… Мы его потеряли. — Он умер достойно, — Ак-ханум спешилась, склоняясь над убитым. — Возьмите его в собой. Устроим достойную тризну. |