Книга Шпион Тамерлана, страница 123 – Андрей Посняков

Плюнув, Раничев все-таки прошелся немного назад, убедился, что монах зашел на постоялый двор – его сутана как раз маячила в воротах, – и, почесав недавно укороченную – по литвинской моде – бороду, быстро пошел к Печерке. Туда же, обгоняя его, скакали конные воины в доспехах и шлемах с поднятыми забралами, на щитах – белый крест с перекладиной на червленом поле. Вслед за всадниками, крича, бежали любопытные мальчишки. Поднятая их босыми ногами пыль оседала на деревьях и на лицах прохожих. Иван чихнул, выругался и прибавил шагу. Шел долго, мимо с обеих сторон тянулись бесконечные огороженные усадьбы, поросшие яблоневыми садами и вишней, изредка сады прерывались одиноко стоящими на подворьях кузницами и мастерскими. Все строения, даже большинство церквей, были, в массе своей, деревянными, лишь кое-где высились каменные колокольни.

Хоть и быстро шел Иван, однако ж едва не опоздал – немец уже нетерпеливо ругался.

— Вот и я, – подойдя, вместо приветствия воскликнул Раничев.

Майер язвительно улыбнулся:

— Наконец-то! У вас, русских, есть неплохая пословица – «за смертью посылать», а?

— Ну она тут не совсем к месту, – принялся было оправдываться Иван, но вдруг, махнув рукою, огорошил: – Монаха я тут одного встретил, доминиканца, кажется.

— И что? – Немец вздернул левую бровь. – Их полно в Киеве.

— Так вот этот монах вчера целый день таскался за нами. Узколицый такой, бритый.

Немец неожиданно встрепенулся:

— Узколицый? Глазки маленькие, почти что бесцветные, щеки желтые.

— Ну да, именно так.

— Брат Гвиччарди! – Майер с досадою плюнул. – Все ж таки выследил, чертов инквизитор, гнусная папежная харя!

Последнюю фразу он произнес по-немецки, однако слова «инквизитор» и «папа» Иван разобрал, тем более – хорошо уловил интонацию, с которой они были произнесены.

Тевтонский рыцарь, при всех ругающий – хоть и косвенно – святую инквизицию и его святейшество Папу Римского? Правда, насчет папы в данное время вопрос не совсем ясен – их насчитывалось аж сразу два – Бонифаций IX и Бенедикт XIII. Одно слово – Великая схизма – раскол. Немец, похоже, нехорошо относился сразу к обоим. Притворялся? Может, конечно, и притворялся – но вряд ли, слишком уж искренне было сказано. Кто же он, черт побери, такой, этот Майер? Неужто и в самом деле ганзеец? Хотя… Ну да! Конечно же! И как было сразу-то не догадаться? Поглупели вы изрядно в последнее время, уважаемый Иван Петрович! Что ж, в таком разе… Как бы проверить-то? Сейчас… Нет, лучше в корчме. Пива заодно выпить, а то ишь как жарит.

— Ну что, по пивку, Ганс? – вытерев вспотевшие ладони о подол, с самым простодушным видом предложил Раничев.

— Пива? – Чуть подумав, Майер махнул рукой: – Да можно. – Ясно, ну какой же немец откажется от пива? – Только не одни в корчму пойдем, – обернувшись, предупредил он. – Петра с собой позовем, сотника. Ну который тебе и нужен. Во-он он как раз идет.

— Не вопрос! – обрадованно кивнул Иван. – Пусть подходит.

Сотник Петр – Петр Хитрая Нога – оказался невысокого роста крепеньким мужичком со светлой кудрявой бородкою, вполне обычным и на первый взгляд простоватым, если б не глаза – темные, внимательные, умные – да не прозвище. Попить пива в корчме он согласился охотно, только сразу предупредил, что не больше двух кружек, – были еще дела.