Онлайн книга «Шпион Тамерлана»
|
Стоявшая на пригорке боярыня не отрываясь наблюдала за ним. Послушав песен, поманила бегавшего с шапкой Иванку: — Эй, поди сюда, малый. – Обернулась к слуге. Тот почтительно протянул кожаную суму, из которой – стоявший за березой Коржак смачно сглотнул слюну – вытащила целую горсть серебра и, не считая, бросила монеты в шапку. — Дай Бог счастия! – низко поклонился Иванко, потом повернулся – уйти. — Постой. – Боярыня придержала его за рукав распахнутого на груди полушубка. – Того, что поет, как звать? — Иваном. — Иван… – медленно повторила женщина. – Иване… Вы всегда здесь бываете? — Нет, госпожа, – отрок пожал плечами. – Вот, посейчас только, а потом уж только после Пасхи. Чай, пост! — И что, до самой ночи поете? — Да нет, госпожа, – Иванко рассмеялся, сверкнув зубами. – К вечеру за Неглинную пойдем, там кострище будет да хороводы. — За Неглинную, говоришь… – Боярыня оглянулась на стоящих в почтительном отдалении слуг. Снова полезла в суму, сыпанула денег: — Вот тебе еще, отроче! А где – за Неглинной? — Да там костер издалека видать будет, – еле сдерживая радость, с поклоном отвечал Иванко. Кивнув, боярыня направилась к возку, за нею последовали слуги. Иванко радостно потряс шапку – чай, теперя не медь, серебришко! Он повернулся с улыбкою… И вдруг словно черная тень метнулась к нему из-за березы. Выбив из рук шапку, ударила кулаком по лицу – Иванко со стоном полетел в снег. А наконец-то дождавшийся своего часа Федька Коржак, ползая по сугробам, быстро собирал деньги. — Ах ты, варнак! – Придя в себя, Иванко храбро набросился на вора. Снова высыпались в снег монеты, и оба, ругаясь, покатились в сугроб. Коржак сразу же схватил отрока за горло и начал душить, однако, изловчившись, Иванко укусил его за запястье. С громким криком молодой тать отдернул руку, отталкивая отрока в сторону. Так и не сумев подняться, Иванко покатился по снегу, а вскочивший на ноги Коржак принялся сильно пинать его, норовя попасть по лицу. Снег окрасился кровью. От особо мощного удара Иванко отлетел к березе и застонал. Коржак вытащил из-за пазухи нож… Однако несколько человек из толпы уже бежали сюда, привлеченные еще одним занятным зрелищем. Кто ж не любит смотреть на чужую драку? Весь бокс на том стоит, да и хоккей отчасти. Федька, естественно, не стал никого дожидаться, а, быстро подобрав из снега серебряные монеты, бегом скрылся в кустах. Допев последнюю песнь – давно уже следовало сделать перерыв, перекусить-пообедать – Раничев устало утер со лба пот и, подняв глаза, увидал Иванку. Бледного, с разбитым в кровь лицом, в порванном полушубке. — Серебро… – подойдя, засопел отрок. – Она дала, а он… а они… Селуян с Авдотием тревожно уставились на него и потребовали более подробных пояснений. — Опосля будем слушать, – прихватывая гусли, перебил их Иван. – Веди, отроче, показывай! Скоморохи быстро последовали за плачущим парнем. — Вот тут все и было, – кивнув на окровавленный снег, виновато шмыгнул разбитым носом Иванко. – Я стоял, боярыня какая-то серебришко дала, а тут этот… из-за кустов… ка-ак ринется! Селуян беззлобно отвесил мальцу подзатыльника: — Эх ты, раззява! Смотреть надо было лучше. Нагнувшись к сугробу, Раничев подобрал монету. Подбросил на ладони: — Серебряная! |