Книга Око Тимура, страница 157 – Андрей Посняков

— Кипр? – переспросил Георгиос. – Что ж, Кипр так Кипр… Придется продать таверну.

— Ну это уж ты сам решай, без меня – кому продать, когда, за сколько… Думаю, вырученных денег тебе вполне хватит, чтобы завести в Фамагусте какое-нибудь дело.

Юноша кивнул:

— Думаю, что да. А ты? – Он посмотрел прямо в глаза Ивана. – А ты как же?

— А я вернусь на свою родину, Жора, – тихо сказал Раничев. – Туда, где ждет меня любимая женщина.

— Жаль… Жаль, что ты уедешь, Иван. – Георгиос вздохнул, в уголках глаз его внезапно выступили слезы. – Хотя, с другой стороны, я счастлив за тебя и знаешь, немного завидую… У тебя все ж таки есть родина. И семья.

— Ну семья и у тебя когда-нибудь будет. – Иван ласково потрепал парня по волосам. – Ну, гаси светильник и давай спать.

— Давай. – Согласно кивнув, Георгиос задул фитиль и, вдруг повысив голос, предупредил: – Там, в таверне, в углу, сидел один человек в синем плаще.

— А, горбоносый, с усами… Кажется, я его и раньше уже где-то видел.

— Конечно, видел. Это Келимбе Дивай. Он служит помощником начальника стражи и, говорят, метит на его место.

— А нам до него что за дело… Хотя… Ты думаешь, он узнал меня?

Георгиос кивнул:

— Думаю, что да. Слишком уж пристально он на тебя смотрел. И человек он неглупый.

— Это плохо, что неглупый, – задумчиво протянул Раничев.

На следующий день, с утра, Иван отправился на рынок – нужно было искать попутный караван. Наступившее утро было таким нежным солнечным и чистым, небо таким прозрачно голубым, солнце – ярким, а облака – ослепительно белыми, что хотелось вырезать всю эту картинку и, вставив в резную рамку, повесить на стену. На улицах гомонили торговцы, воины и крестьяне, приехавшие продать свой нехитрый товарец – зерно и оливки. Вездесущие мальчишки, перекрикиваясь, шныряли в толпе, повсюду слышались звоны колокольчиков водоносов.

Выйдя со двора таверны, Раничев свернул к мосту и уже подходил к набережной, как вдруг двое прохожих внезапно набросились на него, схватив за руки. Еще двое, подбежав неизвестно откуда, уперли в грудь короткие копья.

— Что такое? – оглядываясь по сторонам, громко возмутился Иван, заметив, что только что окружавшая его людская толпа мгновенно рассосалась, даже мальчишек – и тех не было видно.

— О том, что произошло, мы поговорим в другом месте, – любезно разъяснил Раничеву подошедший господин в синем плаще – горбоносый, тощий, усатый.

«Келимбе Дивай, – вспомнил Иван вчерашний разговор. – Помощник начальника стражи. А он и в самом деле неглуп. И весьма хваток».

— Я с большим удовольствием отвечу на все ваши вопросы, – натянуто улыбнулся Раничев. – Особенно если их будет задавать мой старый друг, начальник стражи Карзум-ичижи.

Келимбе Дивай почмокал губами и язвительно усмехнулся:

— Ах, какая незадача! К сожалению, почтеннейший господин Карзум скончался вчера, отравившись несвежей рыбой. Теперь я занимаюсь его делами.

— Вот оно что… – Иван вздохнул. Дело оказалось куда как опасней, нежели он предполагал! Интересно, что от него нужно новоявленному «Мюллеру»? Просто любопытство? Попытка пролить свет на все обстоятельства гибели посланца султана Шарафа ас-Сафата? Может быть, может быть… Что ж, пока сопротивляться нет смысла – не выдюжить против пятерых… Эх, жаль нет с собой верной сабли… Ладно, поглядим, что дальше будет. Пока начальник местного «гестапо» довольно учтив и приятен. – Что ж, ведите, – подумав, покорно кивнул Раничев.