Книга Молния Баязида, страница 150 – Андрей Посняков

— Иван? – на скаку обернулся Тайгай. – Ах, до чего ж я рад тебя видеть! Знаю в Сивасе одну корчму… выпьем после победы!

— Обязательно выпьем, – кивнул Раничев – Заметано.

— Хур-р-а-а-а!!!

Крича, неслась на врага победоносная конница Тимура. Правый фланг Нуреддина неудержимо громил врагов. В центре взвилось красное знамя царевича Пир-Мухаммеда – вот уже помчалась в атаку главная часть войска, вперед, на янычар, на сипахов, на сербских латников… Вы-то что забыли здесь, ребята? Иль не помнит уже никто Косова поля?

И вот уже враг бежит! Раничев чувствовал, как его и других захватывает пьянящий азарт – Хур-ра-а!!! – размахивая саблей, он, вслед за Тайгаем, вынесся далеко вперед, к подножью холма… Какой-то человек в белой чалме, в окружении закованных в пластинчатое железо воинов, смело орудовал секирой на длинном древке.

— Баязид! – обернувшись, указал на него Тайгай. – Мы возьмем его, возьмем!

Взять сразу не удалось – охрана обреченного султана продержалась почти до самого вечера. Раничев устал махать саблей, остановился, с удивлением осматривая обагренный вражеской кровью клинок, вздохнул отрезвленно. Ему-то зачем все это?

А всадники Пир-Мухамада, Шахруха, Нуреддина продолжали преследовать разбитое турецкое войско.

Ага, тот, в чалме, вскочил на коня.

— Что встал, Иване? – улыбаясь, подъехал Тайгай, перехватил взгляд. – Кажется, Баязид хочет уйти? Не выйдет.

— Это уж точно, не выйдет, – со всем знанием исторического детерминизма устало кивнул Раничев, глядя, как поскакали к холму люди Тайгая. Сам-то он никуда не поехал – зачем? Баязида приведут и без него, и вообще – Иван посмотрел на быстро темнеющее небо – пора бы и в стан Тамерлана, потребовать обещанное.

Тимур как ни в чем не бывало играл в шахматы с сыном Шахрухом. Шахрух проигрывал и Тамербек силился сдержать радость – не к лицу ему, повелителю полумира, только что одержавшему славную победу, радоваться выигрышу в игре, словно маленькому ребенку. И все же – радовался. Начальник стражи в блестящей кирасе и шлеме, войдя в шатер эмира, почтительно склонил голову:

— Пришел какой-то человек, повелитель. Говорит, ты его ждешь.

Тимур нахмурился, почесал стриженую седую бороду:

— Я жду сейчас только одного человека – Баязида Грома, поверженного султана турок. И буду ждать его долго – не дай Аллах, его не приведут ко мне!

— А что делать с тем бродягой?

— Что ему от меня нужно – узнай.

Нукер вышел из шатра, а когда вернулся, губы его тряслись:

— Он сказал… Я боюсь повторить, всемилостивейший…

— Ну? – Тимур сурово сдвинул брови.

— Сказал, что ты ему что-то должен… Зовут его Ибан.

— Ах, Ибан, – бросив шахматы, Тамербек вдруг глухо расхохотался: – Так это он мне кое-что должен! Что стоишь? Зови его сюда немедля!

Войдя в шатер, Раничев поклонился:

— Вот и я, Повелитель.

— Ты-то мне как раз не очень нужен, – усмехнулся Тимур. – Помнишь, что обещал?

— Ах, ты про султана, – Иван зевнул и пожал плечами. – Тайгай, похоже, уже тащит его сюда. Скоро приведет… если, конечно, на его пути не окажется какой-нибудь корчмы с вином и веселыми девками.

За стенами шатра послышался какой-то шум и приветственные крики.

— Повелитель! – вбежав, бросился на колени нукер. – Княжич Тайгай привел Баязида!

— Ну вот, – Тимур потер руки. – Наконец-то сделали дело.