Книга Молния Баязида, страница 24 – Андрей Посняков

— Участковый уполномоченный старший лейтенант Ластиков. Можно пару вопросов?

— Здесь?

— Ну, не в город же вас везти?

— Что ж. – Раничев развел руками: – Спрашивайте.

— Поступил тут на вас один материал, – участковый извлек из полевой сумки сложенный вчетверо листок. – Гражданин Раничев, Иван Петрович, будучи худруком пионерского лагеря, систематически проявляет низкополо… нисколо… низко-по-клон-ство перед западными капстранами и оголтелый космопо… космоли…

— Космополитизм, – подсказал Иван.

— Во-во, он самый, – с облегчением кивнул участковый и с интересом взглянул на Раничева. – Стишки – сегодня слушает он джаз, а завтра Родину продаст – выходит, про вас, что ли?

— Не, не про меня, – засмеялся Иван. – Разве я детей плохому научу?

— Не знаю, не знаю, – старший лейтенант покачал головой. – Ну, что тут говорить. Собирайтесь. И вы, гражданочка, тоже.

Кивнув, Иван нагнулся, стараясь подобраться поближе к ногам…

…милиционера. Вот сейчас резко рвануть… ага, он как раз отвлекся. На раз-два… И… р-раз… И…

Старший лейтенант Ластиков действительно отвлекся – на шум чьих-то шагов, которых поглощенный своими мыслями Раничев как-то не услышал вовремя. Лишь краем глаза увидел, как отворилась дверь.

— О-ба! Василий! Так и знал, что ты здесь – мотоцикл увидел. Бегает еще?

— А чего ему сделается, Гена? Трофейная техника!

Иван поднял глаза, увидев вошедшего начальника. Тот вполне доброжелательно, но с небольшим недоумением смотрел на старшего лейтенанта. Тут же и спросил:

— Ты чего здесь?

— Да по сигналу.

Начальник лагеря насторожился:

— По чьему сигналу? Ты б сначала ко мне зашел, Василий. Потолковали б сперва.

— Да я так и хотел, – к удивлению Раничева, участковый заметно сконфузился. – Да тебя не было.

— В колхозе был, у Иваныча. Только вот приехал, смотрю – мотоцикл. Ну, давай, давай, рассказывай.

Иван вдруг приложил палец к губам, многозначительно кивнув на стену.

— Ах да, – Артемьев понизил голос, вспомнив, что в соседней комнате проживает Вилен. – Вот что, други, лучше пойдемте-ка ко мне.

Раничев встал и успокоительно погладил по плечу Евдоксю:

— Ты спи, пожалуй.

— Красивая у вас супруга, – улыбнулся старший лейтенант и вежливо козырнул Евдокии. – Извиняйте, гражданочка.

Девушка проводила Ивана до порога:

— Ничего не случилось?

— Опасного – нет, – подмигнул тот. – Спи, спи… Я, наверное, не скоро. Может, и выпить еще придется.

— Смотрите там, не очень… Пианство – грех ести.

— Вот спасибо, разъяснила, – расхохотавшись, Раничев чмокнул девушку в щеку и, стараясь не очень топать, спустился по лестнице вниз.

Начальник и участковый ждали его у мотоцикла – черного, заляпанного в грязи «БМВ».

— Поедем? – старший лейтенант любовно погладил машину по баку.

— Ну, вот еще, – отмахнулся Артемьев. – Будешь тут стрекотать. Идти-то два метра.

У себя в кабинете он тут же накрыл стол старой газетой, разложил полкраюхи хлеба, колбасу, сыр и гостеприимно кивнул:

— Сейчас вот, разожгу керогаз – чайку выпьем. А ты, Василий, пока рассказывай.

— Да чего там рассказывать, – пожал плечами участковый. – Был сегодня в отделе, материалы получал – два по браконьерству, три по мордобоям, и один вот – сигнал. Некто, себя не назвавший, накатал телегу на твоего работника… На вот, полюбуйся.