Онлайн книга «Кольцо зла»
|
— Святой отец, твои люди могут узнать кое-что у доминиканцев? — О еретике? – отец Валентин оказался весьма понятлив. — О нем… Кажется, это мой слуга. — Узнаем, не переживай, – пообещал падре. – Тем более господин за слугу не отвечает. — У инквизиции может быть другое мнение. Отец Валентин усмехнулся: — Молись, сын мой! Выручим. Он вышел, а вслед за ним – и Раничев. Соседи-торговцы давно гуляли на корме, с интересом наблюдая, как управлялся с огромным румпелем кормчий. Немного подышав воздухом, Иван отправился обратно в каюту и растянулся на циновке, вытянув ноги. Однако дела! Ну не везет ему с людьми – эдак скоро вообще никого не останется. Вот так посольство! Хотя, конечно, Иван вовсе не собирался являться на прием к его величеству кастильскому королю Генриху, но тем не менее… Скрипнув дверью, в каморку вошел отец Валентин. — Ну? – Раничев присел к столу и нетерпеливо посмотрел на прелата. — Значит, дело было так, – без всяких предисловий начал тот. – Эти балбесы-доминиканцы уже здесь, на корабле, получили от кого-то донос о том, что пассажир с верхней палубы, записанный в корабельную книгу под именем Григория из Литвы – высокий, лысоватый, жилистый, – на самом деле никакой не Григорий, а знаменитый еретик из Болоньи Франческо Туззи, давно уже объявленный в розыск святой инквизицией за богомерзкие идеи о множестве миров. — Вот так дела! – выслушав, покачал головой Иван. — Да ты не переживай, – успокоил отец Валентин. – Доминиканские балбесы схватили его, спросив только имя – спешили! – так что никто не знает, что еретик – твой слуга! — Слава святой Деве Марии! — К тому же, – прелат засмеялся, – и еретик-то он – липовый! — Как так? – не понял Раничев. — А так! – святого отца прямо-таки распирало от того, что доминиканцы так лопухнулись. – Я прекрасно знаю Франческо Туззи из Болоньи. Это не лысоватый кряжистый брюнет, как твой слуга, а длинный тощий блондин с пышной и кудрявой шевелюрой. Так что никакой это не еретик. Ха! Уж теперь точно, наложат на этих незадачливых балбесов епитимью. А нечего верить всяким гнусным доносам! Проверять надо, прежде чем бросаться с арестом. Вот балбесы – ха-ха! Отец Валентин радостно потер руки. Несколько повеселел и Раничев: все ж приятно было узнать, что Григорию, по сути, ничего страшного не грозило. Однако кто же, интересно, доносчик?! И, главное, зачем ему было доносить? Загадка… — Значит, автор доноса неизвестен? — В том-то и дело, что нет! — И донос, вероятно, был написан на латыни… — Или на болонском диалекте, но скорее, конечно же, на латыни, итальянские языки понятны далеко не всем в Италии. Загадка… Раничев покачал головой. Задача со многими неизвестными. Кому мог так насолить Григорий? Кто его убрал и зачем? Вряд ли это хоть когда-нибудь возможно будет узнать, разве что потом, на обратном пути, поподробнее расспросить Григория… Тот ведь попытается вернется домой. В Переяславль-Рязанский. Хорошо бы вернулся. Там бы и переговорили. Эх, самому бы вернуться, помоги, Святая Дева! * * * Без всяких приключений караван судов арматора Массимо Леониди миновал черноморские проливы и, выйдя в Эгейское море, повернул на юг, огибая Грецию – доживавшую свой последний век дряхлеющую империю Ромеев. Дни тянулись медленно, похожие одни на другие. Утро – под свист боцманской дудки – молитва – «Аве, Мария!», потом месса, вечером снова «Аве, Мария!», если бы не беседы с отцом Валентином, то можно было бы сойти с ума от тоски, тем более что около суток суда стояли на якорях у какого-то греческого мыса – опасаясь пиратов, ждали попутный караван с Крита. Дождались с десяток судов и, переговорив с их арматорами, примкнули сзади. В паруса ласково дул ветер, послушно расступались перед кораблем синие, с пенными барашками, волны, с шумом взлетая к носовой палубе. Акинфий, к счастью, не страдал от морской болезни, а вот бедняга Захарий совсем измучился – бледная фигура его постоянно маячила у самого борта, извергая в море остатки еды. И это в хорошую-то погоду. Что ж с ним будет в шторм, не дай, Боже, конечно, такого экстрима. |