Онлайн книга «Последняя битва»
|
Вдруг кто-то крикнул. Ударили барабаны! И послышался приближающийся шум мотора. Нет, не танкового, автомобильного. К костру подъехал черный приземистый автомобиль в стиле ретро – Штрилиц, мать-ити… Впрочем… Какое ретро?! Это ж в натуре… Это ж вот оно… Это ж… Проклятые фашистята утянули его, Раничева, в свое поганое время! Третий рейх! Восточная Пруссия! Гестапо! Во влип-то! И выход из всего этого один – не потерять тех, кто был в танке. Иван зябко поежился: легко сказать – не потерять. Как – ежели они тут все одинаковые? Хотя… «танкисты»-то не белобрысые, темненькие, на «Токио-Отель» похожие, так и запомнить – «Токио-Отель», близнецы-братья. Ленин и Партия, бляха муха! Лишь бы их не потерять, лишь бы не потерять. И выйти на силовой контакт – а какой, к чертям собачьим, еще? – как можно скорее. А то возьмут да уедут куда-нибудь в Берлин или Кенигсберг – как тогда до них доберешься? Без языка, в средневековом желто-красном камзоле, в узких разноцветных штанах, в башмаках модного фасона «утиный клюв». Хорошо хоть не супермодного – с длинными загнутыми носами – тогда б вообще по лесу передвигаться не смог. Да-а, крайне подозрительный тип! Такого первый же встречный тут же сдаст в гестапо, а там работать умели. «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!» Вот уж не хотелось бы! Что ж, выход один… И не следует терять зря время. Осторожно подкравшись к костру, Раничев выглянул из-за кустов. Ага, вот они, фашистята. Десятка полтора подростков. И с ними – молодой гнусномордый парень, довольно сильный с виду. Ему б на Восточный фронт, а не по лесам скакать в шортиках. Тьфу… Парень что-то сердито выговаривал фашистятам. Те понурились, потом выстроились в шеренгу – и двое близнецов тоже – вытянулись. Стоявший первым что-то скомандовал, как видно: рравнясь, смирна! Сдал рапорт гнусномордому. Тот с самым серьезным видом вытянул вперед руку: — Зиг… — Хайль! — Зиг… — Хайль! — Хайль! Хайль! Хайль! Раничев аж переплевался – вот, гады-то поганые! Потом все повернулись и – ать-два – зашагали вдоль по дорожке, поднимая ногами брызги. Гнусномордый вдруг что-то крикнул. Колонна остановилась. Двое – ага! Близнецы! – живо подбежали к танку. Ну правильно, не бросать же его здесь. Кто-то позвал гнусномордого из машины, судя по тому, как тот вытянулся, – шишка немаленькая… хотя, скорее всего, шпик, вернее – гестаповец. Ну да, какой-нибудь не особо великий чин, машинка-то, честно говоря, не очень – старенький «БМВ» с кожаным, поднятым от дождя верхом. Наклонясь к машине, гнусномордый показал рукой на возящихся у танка ребят. Ага! Раничев поморщился – было похоже, что близнецами интересуется не только один он. Если и в самом деле – гестапо, то это скверно, ах как скверно. И чего такого могли натворить эти пацаны? А может, не пацаны, родители? Ведь скоро двадцатое июля – заговор против Гитлера, заговор аристократов – всяких там полковников, генералов. Уж эту-то дату Иван хорошо помнил, хотя углубленно историей фашистской Германии не занимался. Вот и вынюхивает гестапо. Вообще такое впечатление, что об этом заговоре все заинтересованные службы давно все знали, только не трогали до поры до времени – в обход Гитлера тоже вели свою игру. Ну а армейская разведка – абвер – так и прямо участвовала. |