Книга Секутор, страница 115 – Андрей Посняков

— А если вы к вечеру не уйдете?

— Тогда я предупрежу. Тебя как звать?

— Лаэрта.

— Прощай, Лаэрта.

Повернувшись, гладиатор быстро зашагал прочь. Уже перевалило за полдень, и солнце жарило теперь еще сильнее. У ворот виллы несколько десятков разбойников в одних браках деловито грузили добычу на возы. Двое предводителей – Гретоликс с Амнидиксом – расслабленно стояли у входа в виллу и о чем-то со смехом болтали. Похоже, никто из них не планировал оставаться здесь до утра. Замедлив шаг, Рысь задумчиво посмотрел на них и почесал затылок. Помочь, что ли, грузить? Или… Юноша не успел придумать, чем же ему заняться, как не успели закончить свой разговор два атамана, а занятые погрузкой разбойники не завершили свою работу. Не до того стало – маячивший на башне часовой вдруг нагнулся и истошно закричал:

— Римляне!

Римляне! Откуда они взялись здесь, в этой забытой всеми богами глуши? Разгромив мятежников, пришли из-под стен Кроциотонума? Рассуждать было некогда, следовало срочно готовиться к битве.

— Закрывайте ворота! – деловито распорядился Гретоликс. – И занимайте оборону на стенах.

— Может быть, стоит отступить? – потеребив косы, тихо предложил Амнидикс. – Думаю, так было бы лучше.

— Мы не успеем отойти. – Атаман шайки покачал головой и добавил свистящим шепотом: – Пусть хоть кто-то останется прикрывать отход.

Амнидикс кивнул и посмотрел на башню.

— Да. – Гретоликс усмехнулся. – Пожалуй. Нам стоит взглянуть на легионы самим. Эй, гладиатор! – Он обернулся к Рыси. – Бери наших и занимайте оборону у ворот.

Отдав приказ, он вместе с Амнидиксом скрылся в доме, и почти тотчас же их фигуры замаячили на вершине смотровой башни.

Рысь с Арбаем и прочими, прихватив копья, кинулись к воротам и, задвинув мощный засов, расположились у самой стены на специальной приступке. Выглянув, юноша посмотрел вдаль и увидел наконец римлян. Их было много, очень много, два манипула, а то и когорта – человек шестьсот. Сверкая шлемами и наконечниками копий, они узкой змеей растянулись по дороге от дальнего леса и почти до ручья. Легионеры шли молча, хорошо слышна была их тяжелая поступь. Совсем немного осталось. Рысь усмехнулся: вот уж не ожидал, что прихотливая злодейка-судьба метнет его в ряды галльских повстанцев. Что ж, с этими людьми, пусть даже они разбойники и не по своей воле он попал сюда, он делил хлеб и воду и не собирался теперь их предавать. Сражаться так сражаться, пусть даже в данных условиях это верная гибель. И что с того? В глазах римлян – быть может, он столкнется в бою со свои знакомыми, тем же Луцием, – Рысь все равно оставался предателем. Что ж, у старого центуриона Теренция Капитона будет шанс убедиться в своей правоте. Лишь бы не схватиться с Луцием, не хотелось бы его убивать. А вот ежели в пределах досягаемости неосторожно покажется коварный галл Автебиус – вот с ним-то как раз неплохо будет сразиться!

Рысь про себя хмыкнул: в принципе, они все были для него чужаками – и римляне, и их противники-галлы. И наверное, совсем не стоило ввязываться в схватку, но уже поздно отступать. Как бы расценили сейчас галлы его попытку сбежать? Нет уж, совсем ни к чему еще раз навлекать на себя позор, куда больший, чем при побеге из центурии Теренция Капитона, – ведь тогда он, Рысь, не был ни в чем виноват. А если он попытается бежать сейчас, это будет именно предательство, какими бы там мотивами ни руководствовался гладиатор. Да, пожалуй, лучше погибнуть под мечом легионера, дорого продав свою жизнь. В конце концов, смерть на арене или в бою – какая разница? Ведь другой судьбы нет. А в бою – даже почетнее!