Книга Секутор, страница 3 – Андрей Посняков

И вот сейчас Лупус неожиданно напомнил ему вождя ободритов. Так же смотрел, презрительно усмехаясь и, между прочим, зря! Рысь вовсе не собирался так быстро сдаваться. Р-раз! И, резко выбросив руку вперед, задел-таки острием деревяхи плечо звероватого тренера-стража. Лупус отпрянул, нехорошо усмехаясь, и, отбросив деревянный меч прочь, вытащил из-за пояса плеть. Застыл, примериваясь, куда бы лучше ударить. Рысь неотрывно смотрел на него, пытаясь угадать самое начало удара, чтобы вовремя уклониться. Голубые глаза юноши без страха смотрели на Лупуса, грудь ровно вздымалась. Ну! Ударь же, попробуй! Нырнуть под плетью влево, потом извернуться, выбросив вперед руку, ударить острой деревяхой в глаз, а дальше – будь что будет!

Лупус занес руку… тут же перехваченную Плавтом.

— Остынь, друг мой, – тихо произнес римлянин. – Парень смел и, как ты видишь, достаточно силен и вынослив. Думаю, из него получится неплохой гладиатор.

— Ретиарий, – опуская плеть, упрямо повторил Лупус. – Ретиарий – и не более того, попомни мое слово!

Плавт и Эней вдруг расправили плечи и с улыбкой приветствовали небольшого кругленького человечка с бритым лицом и умными черными глазами.

— Аве, Луций! – В глазах римлянина отражалась плохо скрываемая насмешка. Луций Климентий Бовис – ланиста, хозяин гладиаторской школы и работодатель Плавта, Энея, Лупуса и прочих – в отличие от самого Плавта не являлся римлянином, а принадлежал к местному романизированному роду Климентиев, прозванных Быками. Неизвестно, походил ли кто-нибудь в этом роду на быка – бовиса – внешне, но уж точно не Луций. А вот характер ланиста имел и впрямь бычий – вспыльчивый, упрямый. Может, все в его роду такими и были, потому и заслужили такое прозвание?

— Аве, дружище Марк, – поприветствовав Плавта, Луций повернулся к остальным ветеранам: – Привет и вам. Вижу, тренировки проходят неплохо. – Ланиста кивнул на застывшего, словно изваяние, Рысь. – Кажется, этот парень стоит тех денег, что я на него потратил! Едва не выбил тебе глаз, Лупус! Не ярись, не надо – я хорошо видел, как он повел себя, едва ты поднял плеть. Такие и нужны в гладиаторах. Как зовут парня?

— Мы называем его Рысь, – отозвался Эней. – Уж больно похож – силен и ловок.

— Чересчур ловок, – пробурчал Лупус. – Как раз для ретиария.

«Дался ему этот ретиарий, как будто их у нас мало!» – недовольно подумал Плавт.

— Ретиарий? – Ланиста внимательно посмотрел на юношу. – Да, парень красив и явно понравится матронам, выступая без шлема… Но ведь у нас и без него хватает красавчиков-ретиариев. Нет уж – раз силен и вынослив, пусть носит тяжелый шлем! Думаю, ты был прав, Марк, посоветовав обучать парня как секутора.

Плавт коротко кивнул, вызвав нехорошую усмешку Лупуса, в основном и занимавшегося обучением тяжеловооруженных гладиаторов. Зверовидный галл, несмотря на несколько туповатый облик, вовсе не был лишен ума и хорошо понимал, сколько сестерциев вложил в гладиаторскую школу ланиста, сколько – Плавт, а сколько – он, Лупус. Выходило, что даже меньше, чем эпирец Эней. Потому, немного подумав, галл счел за лучшее согласиться с Плавтом и признал, что и в самом деле парень, которого все называли Рысь, не только ловок, но и силен и вынослив.

— И все же Рысь – варварское, нехорошее имя, – жестом отпуская юношу, медленно проговорил ланиста. – Пусть лучше зовется, ммм… – Он посмотрел в небо, голубое небо Лугдунской Галлии, в отличие от давно романизировавшейся Нарбоннской, еще называемой – Косматой. – Из какого он племени?