Книга Рудиарий, страница 50 – Андрей Посняков

— Сторож? Ах, ну да, ну да, конечно же, был. Такой морщинистый лысый старик в желтой тунике. Боюсь, не убили ли его мерзавцы? Скорей же, скорей!

Десятник обернулся к воинам и кратко приказал:

— Вперед!

Гремя подошвами сандалий, отряд стражников быстро свернул на Тибуртинскую улицу, откуда почти тотчас же послышались приглушенные крики – видно, стражники хорошо знали свое дело. Теперь пока разберутся…

Удовлетворенно улыбнувшись, Рысь дождался попутного обоза и, пристроившись за последней телегой, неторопливо зашагал к школе. Мычали волы, лаяли за воротами псы, желтые звезды мигали, и круглая луна покачивалась в сине-черном небе медным сверкающим тазом.

Гопломах был силен, и справиться с ним оказалось сложно. Высокий шлем с гребнем, поножи, овальный щит – соперник относился к тому типу гладиаторов, которые имитировали греческую тяжелую пехоту – гоплитов. И кому только в голову пришло стравить двух «тяжелых» бойцов, этого гопломаха с дурацкими перьями, и его, Рысь, сегодня выступавшего в шлеме мирмиллона – с гребнем и забралом в виде проволочной решетки. Оно давало лучший обзор, нежели дырчатое забрало секутора, однако и защищало меньше – Рысь чувствовал себя в этом шлеме словно голый на празднике. Организатору игрища, императору, хотелось изобразить какое-то историческое событие – то ли вторжение в Италию эпирского царя Пирра, то ли, наоборот, войны Греции с македонским царем Филиппом; в последнем случае зрители видели в Юнии, наверное, знаменитого полководца Павла Эмилия.

Ах, вот так! Рысь ловким движение отбил удар, однако соперник не унимался, а сделал еще один выпад, и копье застряло в щите, который подставил Юний. Теперь уж отделаться от этого украшения не представлялось никакой возможности – меч был слишком короток. Кстати, каким образом в вооружении греческого гоплита оказался вдруг обычный римский дротик? И ведь ничего с этим не поделать, придется бросать щит, уж больно тяжело его стало ворочать. Что там еще имеется у этого гнусного гопломаха? Ну конечно, меч. Длинный, используемый галлами! Вот уж теперь нужно быть особенно осторожным. Гопломах, кажется, надеется на свою силу? Ну-ну…

Быстро, но не резко, чтобы у зрителей не сложилось впечатление спешки, неприличной тяжеловооруженному гладиатору, Рысь дернулся влево… и тут же, сразу, вправо, а затем опять влево, как научил Каллид, и нанес ответный удар, поразив соперника в бедро. Гопломах дернулся, обливаясь кровь, видно, удар хорошенько рассек мышцы и добрался до вен. Уж теперь-то Юний не торопился – зачем? Время работало на него: чем больше крови терял гопломах, тем… Однако! Что-то неуловимо быстрое, блеснув, просвистело у виска! Кинжал! Длинный и тонкий. Рысь едва увернулся – оказывается, решетчатое забрало при всех его преимуществах обладает и большим недостатком, чем и воспользовался гопломах! Но ведь он не знал, не знал, что на Юнии будет шлем с решеткой-забралом, ведь Рысь из Трех Галлий был знаменит как секутор. Тогда зачем приготовил узкий клинок, кто ему дал? А кто предложил Рыси этот шлем? Кто-то из организаторов, то ли судья, то ли его помощник – сейчас и не упомнишь. Нет, кажется, помощник судьи… Если так, если все это устроено специально, то в запасе у гопломаха могли оказаться и еще какие-нибудь неприятные штуковины… Рысь быстро сменил стойку – выставив вперед правую ногу, повернулся к противнику боком. Гопломах, впрочем, уже не выказывал особой агрессивности – видно, потерял много крови и сил, тем не менее явно задумал что-то недоброе. Уж слишком быстро сник – такому опытному бойцу, как Рысь, это было хорошо видно и в чем-то даже понятно. Зрители презрительно засвистели, требуя заканчивать бой, и Рысь из Трех Галлий ринулся в последнюю атаку… Последней она стала бы для него самого, если б юноша оказался чуть менее внимателен: в щит гопломаха был вделан остро заточенный железный штырь, который соперник, специально упав, попытался внезапно всадить в лицо склонившемуся над ним Юнию. Рысь в принципе и ожидал чего-то подобного, а поэтому держал меч у самого забрала. Отбив штырь, юноша яростно закрутил обводкой длинный меч гопломаха и, не давая опомниться, без всякой жалости всадил гладиус врагу в бок, прямо под сердце.