Книга Легионер, страница 33 – Андрей Посняков

Приску Рысь посоветовал сперва дождаться отъезда наместника, а уж потом потихоньку, заручившись прежде согласием центуриона, решить вопрос с женитьбой, как поступил в прошлом году Фабий. А затем направился к самому Фабию.

Кудрявый легионер встретил его приветливо, но с обычной своею насмешкой:

— Штаны не жмут, Юний?

Рысь рассмеялся:

— Главное, чтоб не спадали!

— Это верно, – хохотнул Фабий. – Эх, хорошо бы сейчас теплого вина – немного промочить горло.

— Успеешь еще… Ну и туман, хоть бы ветер поднялся.

— Да, думаю, к полудню хоть чуть-чуть прояснится. – Фабий немного помолчал и добавил приглушенным голосом: – Говорят, именно в такой туман и пропал в каледонских горах девятый легион.

— Жуткая история, – кивнул Рысь. – Вал Антонина так и не удалось удержать.

— И хорошо, что не удалось! – Фабий неожиданно улыбнулся. – Скажу честно, уж лучше нести службу здесь, ведь там, за валом, – союзные племена селговов и вотандинов. Правда, союзнички они те еще, но это уже другой вопрос. А представь, ежели б мы стояли на валу Антонина, у самых каледонских гор? Да ни одной ночи спокойной бы не было. Каледоны – страшные люди. Они пьют кровь своих врагов и отрубают им головы, которые потом засушивают и привязывают к попонам коней.

— Похожий обычай есть и у вотандинов, – вспомнив коня Мада Магройда, заметил Рысь. – А вообще, если б не воинственные каледоны, нас вряд ли бы поддерживали селговы и вотандины. Так что нет худа без добра.

— Да уж, – согласился Фабий.

— Слушай, – вдруг спохватился Рысь. – Ты же женат на местной?

— Я и сам наполовину бригант.

— Тогда, наверное, должен знать одну девушку… Такая высокая, красивая, худая. Темно-русые волосы, родинка на левой щеке. Зовут Айна… Не слыхал?

— Нет. – Фабий покачал головой. – Наверное, приехала в гости на праздник. Здесь было много приезжих.

— Жаль, что ты ее не знаешь… – Рысь помолчал, а потом спросил, что означает татуировка с изображением синего журавля: – Я видел ее у многих местных жителей.

— Синий журавль – знак принадлежности к древнему роду, – не очень охотно пояснил Фабий. Видно было, что эта тема ему, как и Гете, была неприятна. – Вообще много ходит старых поверий. Говорят, лет двести назад, во времена наместника Светония Паулина, сюда пришло много иценов. Тех, кто спася при подавлении восстания.

— Угу, помню, рассказывали, – кивнул Юний. – И дочь принцепса бригантов зовут Боудиккой – так же, как мятежную королеву. Ты знал об этом?

— Слышал, – уклончиво отозвался Фабий. – Только я никогда не видал принцепса, ведь земли бригантов тянутся далеко на юг, до Манкуния, Эборака и дальше.

— Хм… Значит, синий журавль означает принадлежность к древнему роду?

— Да, так.

— Что ж, выходит, мой слуга Гета тоже аристократ, местный патриций – ведь у него журавль подмышкой?

— Очень может быть. – Фабий кивнул. – В древних родах ведь были не только патриции, но и рабы, и пастухи, и слуги.

— А что за песня такая – «Плач королевы иценов»? – вскользь поинтересовался Рысь.

— Что?! – Легионер вздрогнул. – Где ты его слышал?

— Да слышал… – Юний тоже не собирался слишком много рассказывать.

— «Плач Боудикки», – прошептал Фабий. – Эту песнь знают немногие. Но те, кто знает, почему-то считают, что она приносит удачу. Мол, будешь напевать – и любое дело сладится.