Онлайн книга «След на болоте»
|
— Тогда чистить поможете! Верно, Виктор Петрович? — Да! Пожалуй, так… * * * В деревню пошли вчетвером — сам Ширяев, студентка юрфака Евгения Колесникова и двое «взрослых» детей — Коля Ващенков и Марина Снеткова, для которых этот поход вообще был последним летом детства. Потому как впереди — десятый класс, а потом экзамены и все такое прочее… Оделись соответственно — штаны, рубахи с длинными рукавами, панамки-косынки. Хоть и жарковато, а все ж лес — не речка, комары кругом, словно волки, злые! Так и шагали, отмахиваясь веточками, — никакие средства толком не помогали, разве что уже немного привыкли, и большие волдыри от укусов, как в первую пару дней, не возникали. Так, позудит немножко… Когда собирались, Петрович честно предупредил, что идти будут быстро, без всякого отдыха. Времечко поджимало, вышли уже в полчетвертого, а пробираться лесными тропками да вокруг болота — это часа два, в лучшем случае — полтора. Автолавка же уезжала где-то после семи, так что вполне успевали… Правда, вот местные могли уже все раскупить… — Главное, чтобы хлеб остался. — Перебравшись через поваленный ветром ствол, Коля галантно подал руку девчонкам. — Да уж, — поправив косынку, согласно кивнула Стрекоза. — Без хлебушка-то как-то невесело. Женечка тут же покивала: — Недаром говорят: хлеб — всему голова! — А еще — без соли не вкусно, а без хлеба — не сытно! — поддержал Ващенков. Он, конечно, вытянулся за последнее время, даже Женьку уже перерос, но по-прежнему оставался таким… детским, что ли… Вечно краснеющий отличник-интеллигент! Маринка вдруг засмеялась: — А в школьной столовой написано было — хлеб — не игрушка, им не сори… — Хлеба к обеду в меру бери! — хором продекламировали остальные. — Устал слушать уже! — хохотнув, обернулся идущий впереди Петрович. — Услышит кто — так и подумает: вот же голодяи! Хлебушка им… Не наедаетесь, что ли? За обедом вон какую щучину слопали! Снеткова непритворно вздохнула: — То рыба, а то — хлеб. А говорят, раньше в столовых хлеб бесплатно лежал! — Было такое дело, — покивал кружковод. — При Хрущеве еще. Но недолго… Потом, помните, — очереди? — И по две буханки в руки! — Мама с утра посылала очередь занимать! Хорошо, что сейчас такого нету… — Так, Мариночка, — где как… — покачал головой Ширяев и набычился: — Некоторые ведь и для скота хлеб берут! Комбикорм-то нынче подорожал раза в полтора, если не вдвое. Да попробуй еще купи! Вот и берут хлебушек… Хлеб — он дешевый… — Некоторые и в колхозе достают… ну, комбикорм этот. Мне бабушка говорила… Маринка, хоть и была комсоргом — вроде серьезная такая должность, — а поболтать любила не хуже других! Хотя, честно говоря, и при комсомольской должности язык подвешенный иметь не худо — иначе как «повести за собой»? Озерск — городок небольшой, партийцам-комсомольцам для отчетов не очень-то и нужный — все равно погоды не сделает. Вот и не наезжали особо, не контролировали — проведут школьники собрание по предписанной теме, отчетик пришлют — и ладненько. В последнее время все с короткими юбками боролись, а то учителя на старшеклассниц жаловались. Вот, к примеру, Василий Кузьмич, историк, старенький уже, пенсионер. Говорит, вызвал к доске ученицу, та руку подняла, мелом что-то написать… А платье-то… Пришлось посадить! На родительском собрании тему подняли… Но тут — неожиданно! — принялись возмущаться родители! Мы, мол, столько не зарабатываем, чтобы каждый год новую школьную форму покупать. Они ведь растут, дочки-то… И ноги длинные, и вообще — все при всем. А платье постираешь — сядет, и стирать приходится часто, потому что материал плохой, кусачий, да еще постоянно лоснится, протирается… Такие вот дела! |