Онлайн книга «Сокол»
|
— Ва, шардан, ва! — Толстяк-капитан, видать, с удовольствием наблюдавший за схваткой, с силой хлопнул юношу по плечу. — Ва, шардан! Хет ка Птах! И тут все залопотали, закричали, набросились на Максима с хохотом — каждый считал своим долгом прикоснуться к парню, ободряюще ущипнуть, хлопнуть. Максим даже головой замотал — ох! Ну и обычаи у них! А куда делся шулер, герой дня не заметил — испарился тихо, как и не было. И куда только делся? Скорее всего, спрятался где-то на носу или корме. А и черт с ним, вот еще, думать об этом придурке, других мыслей, что ли, нету? — Э, шардан, э. — Быстро утихомирив пассажиров, толстый хозяин судна ласково потрепал Максима по щеке и поцокал языком, скорчив уморительно-грустную рожу. Юноша усмехнулся — ну еще бы, можно себе представить, какой синячина сейчас расплывался у него под правым глазом! — Хэт, шардан, хэт-у-у, — замычал толстяк, увлекая за собой Максима. Они прошли на корму, где было устроено нечто вроде шалаша или просторной, крытой папирусом хижины с плетеными стенками — так сказать, каюта капитана. Внутри, на палубе, — циновка с красивым рисунком, какие-то сундучки, короб. Сделав приглашающий жест, капитан посторонился, пропуская гостя вперед: иди, мол. Пожав плечами, юноша вошел под тенистую крышу и уселся на циновке, скрестив по-турецки ноги. А хозяин судна вдруг остановился у самого входа, оглянулся — его явно кто-то позвал. С улыбкой кивнув гостю, — подожди, дескать, — толстяк зашагал к самой корме — да вот она, рядом. Что-то спросив у кормщика, выпрямился во весь рост, поклонился кому-то на буксируемом судне. Наверное, вельможе со шрамом. Потом указал пальцем на ближайшего гребца — и тот, не говоря ни слова, тут же выпрыгнул за борт! Максим покачал головой — ну и порядочки здесь у них! А этот толстяк явно подозрителен: имеет такую антикварную лодку и, вероятно, неплохо зарабатывает на туристах — и ничего у него нету! Ни часов, ни навигатора, ни даже простенького китайского радиоприемника. Ой, не к добру все это! Куда ж это весь технический прогресс подевался? Ага! Вот гребца снова втащили на борт. Мокрый, а за плечами — маленький плетеный короб. Сняв короб со спины, гребец с поклоном передал его капитану, ну а уж тот направился обратно в каюту — к гостю. Подмигнув, уселся на циновку напротив. Забавный тип, толстый, веселый — чем-то похож на старого киноартиста Евгения Леонова в молодости. Открыв мокрую плетенку, хозяин судна ловко извлек оттуда небольшой запечатанный кувшин из коричневой, с красно-синим геометрическим рисунком глины. Ухмыльнулся, кивнул назад, наверное на буксируемую барку. Показал на кувшин, потом снова назад: — Усеркаф! Потом показал на глаза, на Макса, изобразил кулаком пару ударов. Ну конечно, тут и дураку понятно — этого вельможу на задней барке зовут Усеркафом, он тоже имел удовольствие наблюдать драку, и Макс ему чем-то понравился, иначе не прислал бы вина. А это было именно вино — капитан уже разливал по вытащенным из сундука кружкам красную ароматную жидкость. Ух и запах! Нектар! Какой же тогда вкус?! — Ка! — Кивнув гостю, толстяк тут же выхлебал кружку до дна и сразу же налил еще. И себе и Максу. — Ка! — В свою очередь поднял кружку юноша. — О! — Одобрительно прищурился толстяк. — Шарданн-н-н-н!!! |