Книга Сокол, страница 270 – Андрей Посняков

— Чем же? — хитро прищурилась Тейя.

— А догадайся! Ну, а после… после мы будем возлежать на крыше под балдахином и любоваться пейзажем с домами, полями и пахарями.

Шутливо ущипнув супругу за талию, Максим взял ее за руку и повел к воротам дворца.

Естественно, стражники их не пустили. Да царственная чета и не рвалась во дворец очертя голову, понимая, что нужно сохранить тайну.

— Эй, воин, позови начальника стражи!

— Я начальник! — выглянул из ворот здоровенный субъект в панцире из широких перекрещивающихся ремней.

Честно говоря, Макс такого не помнил. Как и Тейя.

— Что вам надобно?

— Жрец Усермаатрамериамон уже на празднике?

— Жрец? — Начальник стражи, казалось, был удивлен. — Я такого не знаю!

— Как это не знаешь?

— А так! Нет такого во дворце.

— А царица-мать?

— Царица-мать больна и недавно уехала на лечение в Шмуну. Будет молить богов о здоровье!

— В Шмуну? — Максим ощутил вдруг, словно бы земля закачалась у него под ногами. Получалось, что никого из того, кто их… Стоп! Ах-маси, анхабец! А еще — начальник колесниц Секенрасенеб, неутомимый чернокожий воин Каликха, военачальники Рамос и Усеркаф, а еще Хапиур и Панхар… в общем, воины и жрецы.

— Воины? — неожиданно усмехнулся стражник. — Они все отправились в поход против южных мятежников. Дней десять назад. Так что никого нету. Один Небхеперсенеб, чати… А вы что тут выспрашиваете? Может, вы скажете, вы и есть фараон и его супруга?

Вот здесь Максим напрягся. Странная фраза! Зачем она? И этот чати, Небхеперсенеб. Мать никогда не доверяла ему…

— Ну и ерунду же ты скажешь! — задумчиво отозвался юноша.

— А тогда пошли отсюда, пока я не велел побить вас палками!

— Палками?! — дернулась Тейя. — Меня — палками?! Ах ты…

— А тебя я, наверное, для начала отдам воинам, смазливка! А ну-ка, иди сюда…

— С кем ты там препираешься, Унахт? — донеслось со двора. — А ну, закрывай ворота.

Максим живо заглянул во двор… и так же живо отпрянул, схватив жену за руку, быстро потащил за собой.

— Уходим, душа моя.

— Но куда? И почему? Зачем?

— Я только что видел в дворцовом саду Сетнахта!

— Сетнахта?!

— И вел он себя вполне по-хозяйски. И никого — понимаешь, никого нет, кто бы мог прояснить дело. Я теперь думаю: это не просто так. Вот и приплыли… Вот и попили вина… Вот вам и мирный пейзаж с домом и пахарем.

Сетнахт во дворце! Фараон и его супруга — подменены. Собственно, подменены еще раньше, но… но кто сейчас ими управляет? Кто дергает за нитки и с какой целью? Чати Небхеперсенеб? Или те, кто стоит за ним? И где царица-мать Ах-хатпи? Где жрец Усермаатрамериамон, где военачальники, где… Где все, кто хорошо знал Макса и Тейю? Наверное, остались слуги, рабыни, однако вряд ли они заподозрят подмену — наверняка и в голову не придет. А всякие там массажисты, цирюльники и прочие, имевшие по должности своей доступ к царственным телам, наверняка уже давно изгнаны из дворца… или — убиты.

Господи, да что там до слуг?! Мать! Друзья! Что с ними? Где теперь их искать? Кто знает… Сетнахт — наверняка! Гад ползучий! Так вот что означала та странная фраза, сказанная им еще в Париже — «царь без царства»! Выходит, жрец и тогда уже знал. Быстро сработали, ничего не скажешь. И это означало, что где-то в самых высших дворцовых кругах есть предатель, и очень может быть, не один. Ах-маси, как и его брат, и отец, приближал к себе провинциальную знать — того же тезку из Анхаба, да и вообще людей незнатных — Каликху, например, чем сильно обидел знать столичную, считавшую себя солью земли. Они-то, верно, и организовали заговор, воспользовавшись удачно сложившимся моментом. На троне — марионетки, посаженные туда тайным распоряжением самого фараона! Кто знал об этом? Только самые верные люди: царица-мать Ах-хатпи, верховный жрец Усермаатрамериамон, тезка Ах-маси. И что же, кто-то из них предал? Нет, ну, разумеется, кроме матери. Усермаатрамериамон? А зачем ему? Он много потеряет при победе хека хасут, да что там много — все. Тогда что же — Ах-маси? Старинный дружок… Да разве можно в это поверить?