Онлайн книга «Сокол»
|
— Да-да-да! — положив руку на плечо Максима, Тейя добавила какую-то фразу. Незнакомец махнул рукой и рассмеялся. Повернулся и быстро зашагал к излучине по узкой рыбачьей тропке. Тейя дернула парня за руку — идем. Макс пожал плечами — идем так идем. Интересно, правда, куда и зачем? — Это — Пенгабен из Инебу-Хедж, — на ходу поясняла девчонка. — Он… Она показала, как играют на дудке, потом — как дергают струны, танцуют… Ага, музыкант! — догадался Макс. И мы, значит, отправимся дальше с ним. Что-что? Ах… танцовщица сбежала… С лодочником? Что и сказать, бывает. Я вот только не знаю, сгожусь ли? Хотя сейчас — лишь бы поскорее убраться отсюда. С музыкантами так с музыкантами, да хоть с самим чертом! Правда, вот насчет музыки… Максим не только не умел играть ни на одном музыкальном инструменте, но даже подозревал, что и слуха-то у него нет. Отец увлекался джазом, собирал грампластинки — Дюк Элингтон, Армстронг, оркестр Гленна Миллера, — а вот Макс к музыке был равнодушен. И как же он теперь будет музицировать? Ладно. Посмотрим. За излучиной у самого берега покачивалась большая лодка. Даже, можно сказать, небольшой — метров десять в длину — кораблик, деревянный, с высоко поднятой кормой и носом, с рогатой мачтой и беседкой под папирусной крышей. В беседке кроме нескольких полуголых девушек виднелись аккуратно сложенные инструменты — нечто вроде домры, небольшая арфа, флейты и тамбурины. Завидев возвращающегося Пенгабена, девчонки засмеялись и весело замахали руками. Ага, ждали, оказывается! — Отплываем, — тут же приказал Пенгабен и, обернувшись, пояснил: — Нам нужно спешить, чтобы успеть в Анхаб до начала праздника. Вот примерно так и сказал — к своему удивлению, Максим почти все понял. И обрадованно подмигнул Тейе. Спешить — это хорошо. Им тоже нужно спешить. Украшенное разноцветными ленточками и бубенцами небольшое судно, приняв на борт старшего и новых членов труппы, подгоняемое веслами гребцов, отвалило от берега и ходко устремилось к середине реки, где тут же подняли большой прямоугольный парус, сшитый из белых полотен. Как успел уже заметить Макс, здесь всегда дул северный ветер — попутный, если, как вот сейчас, плыть вверх по течению. Общительная Тейя забралась в беседку и уже вовсю болтала с девчонками, Макс же молча устроился неподалеку. Ему показали весло — в случае надобности он должен будет заменить недостающего гребца — и оставили в покое. Впрочем, нет, одна из девушек — гибкая и очень молодая — улыбаясь, принесла новому товарищу небольшой глиняный кувшин и краюху хлеба с печеной рыбой. Еще раз улыбнулась, присела рядом: — Ешь! Вкусно. Твоя сестра сказала, что вы из Уасета? Там хорошо? Красиво? Я никогда еще не была в Уасете! Может, скоро буду. А ты на чем играешь? Умеешь ли танцевать? Хорошо ли поешь? Половину слов Максим не понимал, но общий смысл уловил точно. Хлебнув из кувшина улыбнулся, похвалил: — Доброе пиво! — Пей, пей. Ты — Ах-маси? — Да, Ах-маси. — А меня зовут Пебаст. Кроме узенького золотистого пояска, браслетов и ожерелья из разноцветных бус, на девчонке ничего больше не было. Впрочем, как и на ее подружках. И никого это ничуть не смущало — ни гребцов, ни кормщика, ни старшего, Пенгабена. А вот Максим все никак не мог привыкнуть. |