Онлайн книга «Сокол»
|
Предали… Да, пожалуй, это было так! Иначе как можно было объяснить, что… Услыхав свист стрел, Максим бросился на землю. Черт! Как же больно-то! И почти невозможно двинуть ногой. Перелом? Вывих! — Спешиться! — собрав все силы, громко закричал юноша. — Всем спешиться. Залечь! Лучники — бейте по камышам. Каликха! — Я здесь, командир! — Ты как? — Цел! — В темноте лишь блеснули белки глаз и оскаленные в улыбке зубы. — Бери копьеносцев — и живо к развалинам. Перебейте всех, кто там прячется. Удачи! Каликха исчез, ужом уполз по песку. Лишь слышно было, как он созывал уцелевших воинов. Максим попытался встать и скривился — нога! А над головой снова засвистели стрелы. Камыши и развалины — именно там скрывались невидимые безжалостные враги, и было даже неясно, сколько их. Наверняка много! — Что с тобой, командир? — Подполз к Максиму Сенмут. И снова пропели стрелы. — Они продержат нас так до рассвета, а потом перебьют или попытаются захватить в плен, — озабоченно протянул колесничий. — Согласен, — морщась от боли, отозвался Макс. — Значит, нужно прорываться. — Не все колесницы пострадали, Джедеф! Кажется, пять или шесть уцелело. Я пойду проверю. — Давай! Будь осторожен, Сенмут. Часть воинов, те, что оставались еще в живых, сгруппировались вокруг своего командира. Большинство — совсем молодые парни, новобранцы. Их нужно было вывести. Обязательно вывести. — Слушай мою команду, — прячась за опрокинутой колесницей, негромко произнес Максим. — До рассвета мы должны прорваться к нашим, с рассветом уже не уйдем. Почувствовав, как кто-то подполз сзади, юноша обернулся: Сенмут! — Что с колесницами? — Целы. Но вражеские лучники поразили коней. Осталась лишь одна упряжка. Для тебя, командир! — Нет! — Максим упрямо передернул плечами. — У меня есть идея получше. Мы пустим эту колесницу к камышам — отвлечь врагов, сами же в это время — бегом, как можно быстрее — скроемся во-он в тех зарослях. А потом спустимся к реке. И будем пробираться вплавь. — Как скажешь, командир. — Сенмут усмехнулся. — Пойду распоряжусь насчет колесницы. Он быстро уполз в темноту, и Максим оглядел оставшихся воинов — молодых парней, почти еще совсем мальчишек. У одного, самого юного, со смешно оттопыривающимися ушами, что-то блестело в руке. Труба! Черт побери, труба! — Ты трубач? — Да, господин. Макс улыбнулся: — Тогда труби, парень, труби как можно громче! Быть может, нас услышат не только враги. Резкий вибрирующий звук ворвался в ночь ржавым тоскливым воем, мерзким и громким. Макс улыбнулся: сейчас самое главное — чтобы погромче. И тут же в полусотне шагов заржали лошади: Сенмут направлял колесницу. — Вперед, парни! — тихо скомандовал молодой командир. — Во-он мимо тех развалин. Будьте осторожны — оттуда могут стрелять. Правда… Услыхав донесшиеся от развалин крики, Максим улыбнулся: Каликха и его воины знали свое дело. Послышался топот копыт — это мчалась, отвлекая врагов, единственная боеспособная колесница. — Вперед! Да… мне помогите кто-нибудь. Двое воинов, взяв на руки своего командира, пригибаясь, побежали к зарослям. Загромыхала позади колесница. Кто-то выкрикнул громкий боевой клич. Максим обернулся… Сенмут! Прячась за укрепленным на передке щитом, тот стоял в несущейся на невидимых врагов колеснице, зажав в левой руке поводья, в правой же руке его ярко пылал факел — небольшой запас их был взят копьеносцами. |