Книга Враг императора, страница 106 – Андрей Посняков

Ну вот и…

…встретились!

Интересно, как поведет себя Креонт дальше? Что будет делать?

Алексей усмехнулся: что-что? А то самое, ради чего и прибыл – встретиться с Сейид-Ахметом, самым могущественным татарским ханом, а для того нужно сначала добраться до Сейид-Ахметовой орды. А как добраться? Да по реке же, с караваном персидского купца Карваджа! Так же, как поплывут завтра и сам Алексей, и плотники. Другого пути нет.

Опасно! Черт побери, опасно! Может узнать – у лазутчиков глаз наметан. Значит, нужно сделать так, чтоб не узнал – изменить внешность. И еще – по возможности – походку, мимику, жесты – все, как учила Мелезия, а эта девчонка обладала несомненным артистическим даром. Мелезия…

Вернувшись в дом Халимсера Гали, старший тавуллярий с большим удовольствием присоединился к устроенному в честь возвращения хозяина пиру. Судя по веселому настроению работорговца – поездка выдалась на редкость удачной.

— Уж теперь лично провожу вас, уважаемый Алексий, – смеялся Халимсер Гали. – Попрощаюсь и с Нашчи-Гюль – усладой очей моих!

Лешка улыбнулся:

— Надеюсь, подарок понравится хану.

— А как он – она! – может не понравиться? Ну да, не девственна, так ведь не в качестве жены и предложена! Зато красива, умна, поет и пляшет!

— И знает много стихов, – с улыбкой напомнил гость.

— Вот именно, дражайший друг мой! Вот именно! Ну и вас попрошу, если, конечно, не затруднит, намекнуть великому хану о беспочвенности всех его подозрений в отношении старого больного Халимсера. Намекнете?

— О чем разговор?! Если, конечно, он захочет со мной побеседовать.

— Обязательно захочет! – тут же заверил работорговец. – Мои воины расскажут о великом ученом и путешественнике его воинам, к тому же я напишу письмо к старшей жене хана, Гульнуз-ханум. Отдам Нашчи-Гюль, вас, друг мой, вряд ли подпустят к ханским женам!

Халимсер Гали громко расхохотался, а затем – надо сказать, довольно запоздало – поинтересовался, всем ли доволен гость, не нужно ли чего? Может быть, девочку на ночь или мальчика?

— Ничего такого не надо, – поблагодарив, отказался Лешка. – Выспаться бы. Да, не сыщется ли у вас цирюльника?

— Цирюльника? – Работорговец махнул рукой. – Ну что за вопрос? Уж конечно, сыщется. Мой слуга Хасан большой знаток в этих делах – всегда меня бреет.

Хасан явился тотчас же, едва гость ушел в отведенные для ночлега покои. Отвесив низкий поклон, улыбнулся и щелкнул ножницами:

— Будем стричься так, как принято у руми?

— Нет. – Алексей покачал головой. – Так, как принято у вас. Видишь ли, Хасан, мне очень хочется поближе узнать все ваши обычаи, и даже выглядеть так, как вы. Смею думать, сие весьма заинтересует моих будущих читателей.

— О господин! – обрадованно отозвался слуга. – Поистине ваши уста изрекают сейчас истину. Позволите начать?

— Давай!

— Тогда садитесь же сюда, на ковер! Вначале нужно побрить голову…

— Ой! – Старший тавуллярий испуганно схватился за волосы, но тут же вспомнил Креонта и махнул рукой. – Брей!

— Потом – красиво подстрижем бороду и, если потребуется – выкрасим.

— Потребуется, – кивнул гость. – И лучше – в черный цвет.

— У меня как раз имеется прекрасная персидская басма! Недавно привез Карвадж.