Книга Враг императора, страница 27 – Андрей Посняков

— Ну! – Мелезия вновь уселась на край кровати. – Спрашивай. Нет, подожди, сначала я спрошу. Вопрос первый и, наверное, пока единственный – кто ты?

— Ах да. – Лешка галантно поклонился. – Совсем забыл представиться – не до того было. Я – Алексей, философ из Мистры.

— Из Мистры? Ого! – Мелезия округлила глаза. – Так ты должен бы знать Плифона!

Лешка закашлялся – ничего себе! Эта девчонка, оказывается, знает, кто такой Плифон! А она не так проста, как кажется. Впрочем – даже не кажется, явно не простушка.

— Знаю ли я Плифона? – с хохотом переспросил старший тавуллярий. – Скажу, не хвастая, я был его лучшим учеником!

— Не боишься так говорить? – Мелезия внимательно посмотрела молодому человеку прямо в глаза. – У нас, в Константинополе, многие считают Плифона язычником и еретиком.

— Грустно это слышать. Впрочем, оставим Плифона, думаю, у нас найдутся более интересные темы для разговора.

— Спрашивай, да побыстрее – я вообще-то сегодня не выспалась.

— Созонтий, – быстро произнес Алексей. – Что это был за человек?

— Обычный бродяга. – Мелезия пожала плечами. – Немного разбогатевший, неизвестно с чего – так, что хватало платить за комнату. Себе на уме. Впрочем, здесь все – себе на уме.

— С чего, я не понял, он разбогател-то?

— Я ж сказала – не знаю, – фыркнула девушка. – И вообще, у нас здесь не принято слишком интересоваться соседями. Я и не интересовалась.

— Понятно… А как общее о нем впечатление? Ну, чем этот Созонтий занимался-то? Может, ты его где-нибудь встречала в городе – милостыню, там, просил или что еще. Откуда у него деньги-то?

Мелезия наморщила лоб:

— Да вроде бы не встречала… Хотя нет, пару раз видела у церкви Апостолов. Милостыню он не просил, просто стоял у паперти. Мне показалось – вроде как ждал кого-то.

— А кого, не видала?

— Ну конечно же не видала – что мне до чужих дел?! Своих забот хватает.

— А никакой опасности ты от Созонтия не ощущала? Ну, может, он приставал к кому, угрожал…

Девушка неожиданно рассмеялась:

— Угрожал?! Созонтий?! Окстись, Алексей! Как такой может угрожать? Он вообще неприметный был, ни с кем из соседей не общался, придет к ночи, да – шасть в свою комнату. Обычный старик. Не знаю, кто и почему решил с ним расправиться. А, может, он сам по себе умер?

— Ага, так ты не считаешь, что это мы его того…

— Нет, не считаю, – Мелезия тряхнула головой. – Я давно знаю Епифана – он не способен на убийство и вообще-то правдив. Так старика все-таки убили?

— Задушили. А перед этим, такое впечатление, мирно беседовали.

— Значит, душил знакомый.

— Может быть. Интересно только, почему они выбрали для своей встречи чужую комнату? Что, у самого Созонтия нельзя было встретиться? Загадка какая-то.

— Да, загадка, – задумчиво покивала девушка. – И как только ее разрешить? Слушай, закрой-ка ставни – так холодом и тянет!

Алексей усмехнулся – на улице, по его прикидкам, было никак не меньше пятнадцати градусов тепла. По местным меркам, конечно – холодно, ничего не скажешь!

Отодвинув светильник, молодой человек закрыл ставни и, подняв с пола раму, вставил ее на место. Оглянулся:

— Так – хорошо? Не дует?

Мелезия ничего не ответила – закусив губу, она внимательно рассматривала нанесенные на стену кровати надписи и рисунки. Ишь какая глазастая – увидала, надо же! Не так уж они и были заметны.