Книга Ворн. Искатель, страница 66 – Катэр Вэй

Встречались и другие люди… злые. От них веяло мраком, жаждой наживы и смертью. Лина старалась избегать этих страшных людей. Беспризорники также не давали ей покоя своим любопытством. Однажды ей предложили присоединиться к их «семье», но девочка вежливо отказалась, сказав, что она не сирота и просто потерялась и теперь ищет старшего брата с ручным мрякулом. Услышав про мальчика с мрякулом, один из беспризорников вспомнил, что видел такого, и указал Лине на таверну. Но там она не нашла Ворна и снова отправилась бродить по городу, пока не заметила на крыше большого дома крупного крылатого зверя, который лежал и наблюдал за прохожими. Она очень обрадовалась, но как спросить у зверя о Ворне? Он же просто зверь. Он не ответит. Нужно было просто ждать. И она ждала. Долго. Стояла и любовалась могучим зверем, а когда ноги начинали ныть и голод становился невыносимым, ей приходилось уходить. Она очень боялась пропустить появление Ворна, и поэтому с рассветом снова отправилась к тому дому, но не дошла. Кто-то набросил ей на голову грязный мешок, грубые руки зажали рот и куда-то поволокли.

Впоследствии она лежала связанная, с мешком на голове, в телеге. Были слышны голоса, смех, ругательства и рёв тягловых животных. Колёса телеги стучали по каменной мостовой, дощатым настилам и обычной земле. Ее трясло и бросало из стороны в сторону. Было больно. Руки и ноги онемели, ей очень хотелось пить, есть и в туалет. Несколько раз её вынимали из телеги справить нужду и давали напиться. Когда её вытащили в очередной раз и сняли мешок, она увидела трёх мужчин, одетых вполне прилично, но с очень злыми глазами. Один из них внимательно осмотрел девочку.

— Что за дела? Почему она всё ещё одета? — прорычал он на сообщников. — Всё перепачкает только.

— Да ладно, что там брать, ничего стоящего. Разве что шаль и бусы, — ответил второй. — Бусы, вроде, неплохие, — с жадным блеском в глазах он сорвал красные бусы с детской шейки грубой ладонью.

— И ботинки снимите. Ещё вполне ничего. Сбыть можно будет, — скомандовал главный.

Третий лишь безучастно следил за происходящим, не вмешиваясь.

Сначала её опустили в яму, где уже теснились испуганные люди. Там прошла её первая ночь в плену. На следующее утро, всех вытащили из заточения, натянули на головы мешки, связали руки и погрузили на повозку. Ехать в телеге оказалось крайне некомфортно, но когда им велели идти пешком, девочка пересмотрела свои взгляды и с тоской стала вспоминать тряскую повозку. Ноги отказывались повиноваться. Вскоре их небольшую группу передали в руки других похитителей. Там тоже содержались пленники. Всех несчастных согнали в общую массу, связали верёвками и погнали сквозь чащу леса. Хотя бы мешки с голов сняли — уже облегчение.

В лесу было жутко. Особенно когда вдали раздался зловещий волчий вой, а затем громыхнуло так, что все пленники попадали на землю от ужаса, бормоча, что это боги разгневаны и вот-вот накажут злодеев и освободят их. Но никто не пришел и не спас. Работорговцы, а это были именно они, осыпали валяющихся и болтающих лишнее пинками и тумаками и снова погнали вперёд. Теперь они торопились и вскоре привели их к зловещим воротам, украшенным черепами. В городе их загнали в клетки. Клеток было множество, и в каждой сидели люди. Разные — мужчины, женщины, дети. От большинства исходил страх и отчаяние, но от некоторых веяло гневом, ненавистью и жаждой мести. Их кормили, поили и старались не трогать. Тех, кто вёл себя тихо, надзиратели не обижали.