Книга Рождённая летать, страница 164 – Аксюта Янсен

— Это если они не решат сделать совсем уж подлый ход, — лениво произнёс Еджо, которого редко именовали Сиятельным, чаще упоминали прозвание Толстый. Но дураком он, определённо, не был. — Оставят нас в покое, а сами сосредоточатся на айя или ойрах. Те, почти поголовно маги.

— Но одни очень хорошо прячутся, — проговорил кто-то из третьего ряда кресел, кто, Лейв так и не понял, — а вторых попробуй, выковырни из их гор.

— Не дураки же они развязывать войну на два, а то и на три фронта! — раздался ещё один голос.

— Откуда вы знаете? Если тёмные отступятся от нас, это как раз и получится война на один фронт, — тут же возразили ему.

— Или ещё проще: сделают пару массированных набегов, перессорятся окончательно с соседями, но зато добудут магов и наше преимущество станет не таким уж очевидным.

— А те, это конечно же стерпят?

— А что они смогут противопоставить, если к войне не готовились? А потом, у Гегейргона появятся ресурсы нашей империи, и их возмущение не будет играть вообще никакой роли.

Лейв слушал это внезапно вспыхнувшее общее обсуждение и досадовал: сосредоточились на второстепенных версиях и не видят главного.

— Господа, — подал он голос и возмущённые голоса постепенно стихли. — Вы забываете одну важную вещь: мы не можем предоставить Гегейргону этих двух десятков лет, хотя бы из-за технологического разрыва, который постепенно образовался между нашими империями за последние три сотни лет. Необходимость — мать изобретательности и не исключено, что за двадцать, или даже меньшее количество лет тёмные обнаружат иные варианты запитки своих артефактов. Или перейдут на чистую механику, которой наши фамильные способности до одного места. Если вы заметили, они сейчас движутся вперёд, а мы в лучшем случае, сохраняем дарованное предками.

— Значит, вы за тактику Великой Битвы? — произнесла Алида Сиятельная. Старая змея, обладавшая немалым влиянием, но высказывавшаяся так редко, что её мнение по многим вопросам было неизвестно.

— Я за то, чтобы подобрать себе союзников и самим кхонам, самым сильным из нас, выйти на поле боя. Гнать на поле боя толпы одурманенных простолюдинов, как тут предлагали некоторые, это вообще не тактика, это сплошная глупость.

— А союзники это кто? — сердито сощурился Ридло, так как сам считался одним из сильнейших. — Вольные Княжества общих границ с тёмными не имеют, да и слабы они.

— Попытаться договориться с северными племенами? — высказал кто-то осторожное предположение. — Пусть тёмные поимеют неприятностей на дальних рубежах.

— Да ну, глупости, что они, самоубийцы? Да и границ у них, теперь уже с нами, общих нет, как и нет смысла нас поддерживать.

— Я имел виду Горный Престол, — громко, перекрывая остальные голоса, проговорил Лейв.

— У врагов помощи попросить? А ты оригинал!

— Враг моего врага — мой друг, — тихим, скрипучим, но почему-то отлично слышимым в общем гвалте голосом, проговорила Алида Сиятельная. — Я думаю, предложение Лейва Сиятельного можно выносить на общее голосование.

Прямо сразу проголосовать за выбор дальнейшей стратегии конечно же не получилось. Уточнений требовало слишком много вопросов, однако, как это ни странно, предложение Лейва одобрили со значительным перевесом в количестве голосов. И заодно взвалили на него ответственно за практическое исполнение, что было вполне ожидаемо, но не сказать, чтобы желательно.