Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 219 – Лео Сухов

На организационные вопросы мы потратили два гонга. А уже через пару чаш после третьего на плац примчался вестовой от Харина. Шептун довёл обещанный ритуал до конца. И теперь отрядам предстояло срочно занять южный участок стены.

Тут-то и оказалось, что у нас даже имеется командование. Сотник, который руководил девяносто седьмой, девяносто восьмой, девяносто девятой и сотой триосмиями. Звали его Ихон, и я его помнил. Этот вояка пятнадцать лет отработал наёмником. Водил крупные отряды, участвовал в паре походов на соседей со стороны Илоса. На кабинетную работу Ихон перешёл, только когда лишился ноги.

Командиром он был неплохим. Сам нашёл наши с Гвелом триосмии. Познакомился, детально объяснил, что и как теперь устроено. Указал на стоящего среди командиров тысячника, который руководил нашей четвёртой тысячей. Это был один из членов Совета Гильдии по имени Дошту.

Включая приданных ополченцев, Гильдия стянула семь тысяч бойцов. Первые восемь сотен из каждой тысячи должны были защищать стену. Последние две сотни из тысячи обязаны были оборонять башни. Это делалось для усиления триосмий от стражи, которые и так держали верхние площадки.

А пять сотен, которые остались сверх семи тысяч, были назначены резервом. На случай прорыва демонов. Или чтобы усилить любой дрогнувший участок стены.

И даже мальчишки, которых в Гильдии использовали как посыльных, стали вестовыми. В дело были брошены все гильдейские сотрудники и наёмники, кто ещё не скрипел костями.

Впрочем, времени оценить размах нам не дали. Спустя чашу вновь примчался вестовой с приказом немедленно выступать. Ихон сунул мне и Гвелу в руки жезлы с табличками на навершиях. На них были выбиты номера нашей тысячи, сотни и триосмии. После чего сотник ушёл организовывать два оставшихся отряда. А мы с Гвелом начали строить бойцов, чтобы выступить на юг.

Да, атака демонов опять ожидалась с юга. Неудивительно. Большая часть ударов по Илосу пришлась с юга, юго-востока, юго-запада и запада. Северный участок стены пока что избегал больших потрясений.

Едва в воздухе зазвучали первые приказы, как плац в Кирпичном круге превратился в место столпотворения. Сначала я услышал крики где-то слева. Затем они поползли по рядам, как торопливый огонь по сухому тростнику. И вот уже вся площадь, целиком заполненная наёмниками и ополченцами, забурлила.

— Первая тысяча, строиться! Где восьмая триосмия? Осм восьмой, демоны тебя задери!..

— Пятьдесят пятая, ко мне! Ко мне, я сказал!

— Не толкайся, урод! Я тебе морду раскрою ещё до демонов!

Гвалт стоял невообразимый. Сотники надрывали глотки, силясь перекричать друг друга и лязг снаряжения. Триосмы пытались держать свои отряды, чтобы не потерялись в толпе. Кто-то бежал, кого-то толкали, где-то завязывалась перепалка из-за того, чья осмия первой идёт к выходу с плаца.

Я оглянулся. Моя девяносто восьмая триосмия стояла более-менее ровно. Гвел, так и не ушедший к своим, растерянно моргал рядом. А его люди из девяносто девятой, поддавшись суете, уже расползались в стороны.

— Стоять! — рявкнул я, и мой голос даже пробился сквозь общий шум. — Девяносто девятая, ни шагу с места! Гвел, твою мать, командуй!

— Я… — он сглотнул, оглянувшись на меня с мольбой обречённого.

— Скажи им равняться по моей триосмии! — процедил я сквозь зубы. — Быстро!