Книга Компания «Охотники на монстров», страница 4 – Ларри Коррейя

Тварь, бывшая когда-то моим начальником, пошатнулась и сползла по оконному стеклу на ковер, оставляя кровавый след. Стекло кое-где потрескалось: то ли пара пуль прошла навылет, то ли я промахнулся. Но рассматривать трещины настроения не было – я развернулся, побежал… и едва не расквасил нос, врезавшись в закрытую дверь. Кое-как справившись с ней, я вылетел в узкий коридор, захлопнув ее за собой, и понесся к лифту, на бегу нашаривая в кармане плаща заряжатель с запасными патронами.

Но дверь с грохотом распахнулась снова. Тварь, стоявшая в проходе, больше напоминала зверя, чем человека. Но зверя не обычного. Мой толстяк-начальник сделался вдруг мускулистым, длинные когти на его лапах рвали синий ковролин, жесткий черный мех покрывал все тело, а волчья морда… Короче, ночной кошмар собственной персоной. Он зарычал, оскалив слюнявую пасть, полную острых, как бритвы, зубов, поднял морду, принюхиваясь, и, заметив меня, взвыл.

У меня кровь застыла в жилах.

Не останавливаясь, я закинул в барабан револьвера еще пять «федераловских» ста двадцати пяти грановых пуль-экспансивок. Монстр был быстрый, быстрее какого-нибудь олимпийского спринтера, а вот я – нет. Расстояние между нами с каждой секундой сокращалось. Я развернулся и выстрелил монстру в морду. Вовремя: он как раз прыгнул на меня, но сила выстрела отбросила его, и туша полетела в стену, ломая гипсокартон.

Не помогло: оборотень тут же поднялся, ощетинился.

Стрелок я отличный. Конечно, от такой крохотной пушечки высокой точности не дождешься, но я постарался. Сосредоточился на мушке, целясь в череп твари, и спустил курок, потом еще раз, еще, после каждого выстрела прицеливаясь поточнее… и – джекпот! Экспансивка буквально взорвала Хаффману мозг красно-белыми брызгами, но я все стрелял и стрелял, пока затвор не щелкнул вхолостую. Патроны кончились.

Я ничего не видел, кроме цели, от адреналина кровь застучала в ушах, заглушая эхо выстрелов. Все. Хаффман мертв.

Заставить себя ровно дышать не получалось – рот сам собой судорожно хватал воздух. У меня определенно ехала крыша, потому что футах в двадцати от моего кьюбикла лежал мертвый волк-оборотень. Оборотни бывают только в сказках, но вот же он, валяется на ковре с вышибленными мозгами! Пока эта тварь за мной гналась, я не чувствовал страха, вообще ничего не чувствовал, а тут все навалилось сразу, будто дамбу прорвало. Сперва я только немного подрагивал, но стоило рассмотреть монстра – и вот меня затрясло капитально. Это как автокатастрофа: сначала не веришь в то, что происходит, в момент удара никаких эмоций… и вдруг накрывает осознанием того, что случилось. Вот и меня накрыло: я только что убил вервольфа.

А потом мистер Хаффман поднялся и зарычал.

Я увидел, как пульсирующий мозг снова втягивается в голову и пластины черепа с хрустом встают на место. Колени у твари были вывернуты назад, как собачьи, но она как-то умудрялась стоять на задних ногах.

Вервольф подцепил когтем запутавшийся в шерсти кусочек собственной плоти и закинул его в пасть. А потом снова опустился на все четыре лапы и отряхнулся, как огромная собака, забрызгивая кровью из ран белые стены и мотивационные плакаты.

Его долгий пронзительный вой разбудил какие-то первобытные инстинкты, до этого крепко спавшие. Я развернулся и побежал еще быстрее, чем раньше. Мозги мои чудом не отказали – вместо того чтобы бежать с ним наперегонки к лифту, я резко свернул в офис справа, захлопнул дверь, закрыл на замок и для верности загородил ее тяжелым столом. Компьютерный монитор кувыркнулся на пол и заискрил.