Книга Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача, страница 27 – А. Никл

— А пока что делать будем? — Спросил другой мужчина, глядя на Бобра. — Он же истекает кровью! Надо что-то делать!

— Да что мы можем сделать? У него раздроблено! Тут тряпками не помочь! Хотя бы кровь остановить… только как?

— Молчите! — Резко сказала женщина. — Не пугайте его ещё больше. Он же всё слышит. Всё будет хорошо, мальчик. Не бойся. Скоро и твои родители прибудут.

Бобёр снова застонал и замычал. Его глаза были переполнены страхом… страхом и болью. Он пытался поднять руку, но она дрожала и падала обратно.

— Держись, парень, — Попытался поддержать мужчина, который держал тряпку. — Держись. Сейчас знахарка придёт, всё будет хорошо.

Только вот в его голосе совершенно не было уверенности. Все в комнате понимали, что ситуация критическая. Раны слишком уж серьезные. Да и никто из них никогда не сталкивался ни с чем подобным.

Однако никто в комнате не хотел говорить подобного вслух. Люди просто шокировано стояли вокруг, пытаясь помочь, хотя знали, что их усилия, скорее всего, бесполезны.

А в углу парни, которые и принесли Бобра, продолжали молча трястись. Их лица были бледными, а глаза — пустыми. Они ещё не отошли от шока и не могли толком объяснить, что произошло. Они только знали, что произошло что-то ужасное. Что-то необъяснимое.

Да и как тут объяснить. Если сначала Гарт скинул Арнея в Застывшую Бездну. А потом тот появился обратно, как ни в чем не бывало и, словно бы отомстил Гарту той же монетой. Ещё и Бобру досталось. Да так, что не факт, выживет ли он теперь.

Слишком уж много необъяснимого произошло за один вечер. Но больше всего их пугал взгляд Арнея. Закрытый. Но при этом им казалось, словно он даже сквозь закрытые веки всё видит. Не просто видит. А пронзает их своим взглядом.

— Твою мать! Что с ним случилось⁈ — Прокричал вбежавший в помещение старейшина. Как только он оказался у постели, где лежал Бобер, то с ужасом осмотрел его раны и прикрыл рот локтем. — Что с ним такое? У него всё лицо перекошенное. Оно… Твою мать! — Вылупился старейшина и тяжело сглотнул, почувствовав, как тошнотворный ком подкатывает к горлу. — У него лицо ходуном ходит…

— Да мы это и сами видим! — Нервно гаркнул мужик, который был рядом. — Где знахарка?

— Скоро будет!

И тут дверь с грохотом распахнулась, и в помещение ворвался кузнец. Его огромная фигура заполнила собой всё пространство. Лицо его было багровым от ярости, глаза горели, как раскалённые угли. Он оглядел комнату, его взгляд скользнул по Бобру, но не задержался на нём. Его интересовало только одно.

— Что случилось? Где Гарт? — его голос был низким, рычащим, словно гром, раскатившийся по комнате.

Парни, которые до этого суетились в углу, теперь замерли. Их лица побледнели, а глаза ещё больше расширились от страха. Никто из них не смел пошевелиться, словно они боялись, что любое движение привлечёт к себе внимание разъярённого кузнеца. Даже воздух, казалось, застыл.

— Что случилось⁈ — Кузнец сделал шаг вперёд, его кулаки сжались так, что костяшки побелели. — Где мой сын, я спрашиваю⁈

Молчание. Тяжелое. Гнетущее.

Никто не решался заговорить. Даже Бобер, казалось, перестал мычать и извиваться, почуяв опасность. Кузнец оглядел всех присутствующих в комнате. И с каждой секундой его взгляд становился всё более агрессивней. Словно он вот-вот потеряет самообладание над собой и просто, словно огромный медведь, примется крушить всё подряд.