Книга Запечатанный во тьме. Том 1. Тысячи лет кача, страница 82 – А. Никл

Толстяк засучил свой рукав и показал довольно массивный бицепс.

— Я жду! — Прорычал он. — Поломаю тебя как тростинку, а потом всем пива за мой счет!

В этот момент толпа вокруг загудела. Снова поднялся грохот и радостные крики подвыпивших мужиков, в предвкушении халявной выпивки.

— Тор-вин! Тор-вин! Тор-вин! — Принялись скандировать зрители, которые облепили наш стол.

Я недоумевающе осмотрелся и понял, что мне уже не открутится. Вот же ж…

Кажется, я теперь начинаю понимать Лиру. А ведь она с ним намного дольше.

Люди продолжали стягиваться к столу, и при этом всё больше и больше распаляться. Кто-то принялся меня хоронить, а некоторые люди уже собирали мелочь на мои похороны, в знак уважения. Я снова бросил взгляд на Гаррика, который стоял чуть в стороне, лыбылся во весь рот, и показывал мне два больших пальца, при этом активно кивая головой.

Офигеть… насколько же он уверен во мне⁈

Завидую. Вот бы мне столько уверенности.

Сделав тяжелый вздох, я развернул стул так, чтобы грудью упереться в спинку, сел и протянул руку, поставив её на локоть. Толстяк с хлопком схватил мою ладошку и принялся скалиться. В этот момент на мгновение вокруг воцарилась тишина.

А потом кто-то дал отсчет.

Тишина продлилась недолго.

Спустя буквально мгновение таверна вновь загудела, а столы принялись дрожать от ударов кулаков и кружек с пивом. И эта самая дрожь начала передаваться мне. От ног куда-то выше. Внутри груди я почувствовал трепет, но быстро собрался и сконцентрировал всю силу на своей правой руке.

Напротив меня сидел толстяк Торвин и радостно лыбился. Он хохотнул, и, мне в лицо ударил терпкий запах алкоголя и чего-то гнилого. Мне захотелось отклониться назад, но всё что я себе смог позволить, это просто поморщиться.

Людей, казалось, стало ещё больше. А мы с Торвином находились в центре внимания. У меня складывалось ощущение, что ему это нравится. Наши руки были сцеплены на середине стола. Точнее, он своей медвежьей лапой просто обхватил мою руку и готовился её оторвать.

— Давай, малыш! — Прокричал кто-то из толпы, обращаясь явно ко мне. — Продержись хотя бы секунду!

— Да Торвин его даже не заметит. Поломает, как тростинку! — Тут же выкрикнули с другого конца зала.

— Эй, Торвин! Ты главное не покалечь мальца! Он-то не виноват!

— А это уже никого не волнует! — Пробормотал толстяк, который уже распалился. — Я их обоих предупреждал!

В этот момент в его глазах что-то сверкнуло, а вокруг будто бы воздух стал плотнее.

Хм. Странное… и довольно знакомое чувство. Нечто подобное я ощущал от кузнеца Гарольда, когда тот пытался меня убить.

Торвин продолжал скалиться, обнажив свой золотой зуб. А потом начался отсчет. Но я уже не видел ничего вокруг. Всё моё внимание и концентрация была лишь на этом столе и на наших сцепленных руках. Ведь ещё до начала отсчета я уже почувствовал напряжение.

— Три… два… один… НАЧАЛИ!

— Ну, давай, малыш… — Сквозь зубы прошипел толстяк. — Покажи, на что ты способен. Я даже поддамся тебе немного.

Не смотря на то, что он пытался выглядеть расслабленным, я уже понял, что тот напряжен и слегка покраснел. И в какой-то момент я даже испытал к нему немного уважения. Ведь не смотря на всё. На то, что его соперник маленький, худенький и слепой… Торвин подстраховался и отнесся ко мне со всей серьезностью. Видимо, алкоголь не настолько сильно дал ему в голову. Или же он знал, что от Гаррика можно ожидать любого подвоха. И был готов…