Книга Рваные судьбы, страница 135 – Татьяна Николаева

На третий день Лёня закончил чинить крышу. Он с ужасом ждал, что Нюра с ним попрощается. Он пытался придумать, как ему здесь ещё задержаться. Он не знал, на что рассчитывать, но знал одно: без этой женщины он жить уже не сможет, она нужна ему как воздух, она прочно вошла в его жизнь, в его сердце и поселилась там навсегда, стала частью его самого, самой главной, жизненноважной частью.

Он решил, что, если Нюра прогонит его сейчас, то он устроится у кого-нибудь из соседей на работу, чтоб быть рядом с ней, видеться хоть иногда и разговаривать. Только рядом с ней он видел свою жизнь.

А Нюра тем временем сказала:

— Ты хороший работник. Я тут подумала: оставайся до конца лета, поможешь мне по хозяйству, починишь дом, забор – много чего накопилось за годы вдовьей жизни. А я тебе платить буду, как работнику. Ну, что скажешь?

Лёня поверить не мог такому счастью. Ведь ему даже ничего не пришлось придумывать. Нюра сама оставляла его у себя.

— Конечно, я согласен. Только я не за деньги буду у вас работать.

— А за что? – Нюра напряглась, готовая прогнать его сейчас же, допусти он вольность или неуважительное слово в её адрес.

— За то, что я буду у вас работать, вы, Нюра, будете меня кормить и, если вам не трудно, стирать и починять мои вещи. Только и всего.

Нюра успокоилась.

— Договорились, – сказала она и улыбнулась.

4.

Уже неделю Леонид жил у Нюры. Он целыми днями помогал ей, а Нюра, как и обещала, ухаживала за ним, кормила его, обстирывала. В свободное время он общался с сыновьями Нюры. Они очень привязались к Лёне и называли его своим другом.

Нюре нравилось, как он управляется с её мальчишками; да и у них появился старший наставник, мужской пример. А ещё Нюру прельщало внимание Леонида, его любовь и сдерживаемая страсть. Он был просто одержим Нюрой. Ей нравилось такое поклонение, нравилась власть над бедным парнем. Она могла вдруг подойти и с огромной нежностью утереть пот с его лица, наблюдая за его волнением, за тем, как вздувается и пульсирует жилка на его виске и напрягаются мышцы шеи и рук. А в другой раз могла быть нарочито холодной с ним, заставляя ломать голову, чем вызвано её недовольство, что он сделал или сказал не так.

Однажды вечером после ужина Нюра уложила детей спать и вышла во двор подышать свежим воздухом. На ночном небе сияли звёзды, в траве пели сверчки, в воздухе разлился аромат ночных цветов. Ночь окутала Нюру приятной прохладой.

В летней кухне горел свет. Лёня тоже ещё не спал. Нюре стало интересно, что он делает сейчас. Она тихонько подошла к открытой двери. В дверном проёме она увидела Леонида. Он сидел за столом и что-то читал. Из-за жары он снял майку, и Нюра видела сейчас его оголённую загорелую спину, мускулистые руки и шею. Горячая волна окатила её с головы до ног. Нюра облокотилась о дверной косяк и прикрыла на секунду глаза. Как давно она не знала мужских ласк, как давно уже не касались её сильные мужские руки. В голову ударило хмелем, словно от вина. Нюра открыла глаза и шагнула внутрь, пошатываясь от волнения.

Лёня обернулся на шорох и вскочил навстречу Нюре. Она остановилась в дверях, глаза её горели, как у голодной волчицы. Лёня шагнул ей навстречу, но она жестом остановила его. Он остановился, но она не спешила уходить. Тогда он сделал ещё шаг, и ещё.