Книга Натрия Хлорид, страница 101 – Юсси Адлер-Ольсен

Под мышками у Гордона проступили темные пятна пота, когда он ворвался в кабинет Карла. Его белая, как ледниковый щит, кожа пошла красными пятнами от возбуждения, а прямо за ним, такие же взбудораженные, вошли Роза и Асад.

Гордон не успел сесть, как выпалил свой доклад:

— Владелец мастерской Вильдер был убит в день рождения Николае Чаушеску; Олег Дудек, как нам уже говорила Марва Асада, умер в день рождения Саддама Хусейна; Бенте Лаугесен утонула в день рождения Слободана Милошевича, а Палле Расмуссен — в день рождения Пол Пота, и теперь мы можем добавить, что торговец оружием Карл-Хенрик Сков Йесперсен был убит в день рождения Иди Амина.

На этот раз Карлу пришлось сдаться окончательно.

— Нет, это вряд ли может быть чистым совпадением, — сказал он.

— Ха! Пять величайших преступников мира на одной и той же доске — это уж точно не случайность, Карл, эта дискуссия мертва и похоронена, — Асад широко улыбнулся. — Теперь нам нужно искать дела не только за четные годы, такие как 1990, 1992, 1994 и 1996, которые находятся между уже известными нам случаями, теперь мы должны также искать, когда родились худшие изверги человечества.

— А если это ни к чему не приведет, — а ты, Карл, возможно, всё еще в это веришь, — то мы, по крайней мере, развлечемся изучением мировой истории, — сказала Роза. Если бы в этой жизни существовала школа, предназначенная исключительно для оттачивания колкостей и сарказма, Роза наверняка прошла бы все классы как минимум по одному разу.

ГЛАВА 35

Среда, 16 декабря 2020 г.

ПАУЛИНА

Она почувствовала движение вокруг себя. Шаги нескольких человек и звук открывающейся и закрывающейся двери. Настойчивые голоса и руки, которые легли ей на плечи и мягко встряхнули. После пары глубоких вздохов она медленно открыла глаза и увидела две женские фигуры, а за ними — Сисле Парк, которая смотрела на неё взглядом, который Паулине было трудно истолковать.

— Мне очень плохо, — сказала она. — Я думаю, что… — Волна дурноты поднялась от диафрагмы, и её внезапно вырвало.

Те, кто стоял ближе всех, отпрянули, оглядывая свою безупречную одежду.

— Извините, — выдавила Паулина, и её вырвало еще раз.

— Вот, выпей воды. — Это была Сисле Парк, она проскользнула вперед, оттеснив остальных. Неужели она всё это время держала воду в руках?

Паулина жадно пила, и это подействовало. Веки больше не смыкались сами собой, желудок успокоился, и к ней медленно вернулось осознание обстановки, в центре которой она оказалась.

— Почему вы держали меня взаперти? — спросила она.

Сисле Парк склонила голову набок. Она удивлялась или это был момент перед броском?

— Ты ведь отравила меня тем кофе, Сисле? Зачем? — спросила она, вглядываясь в лица других женщин. Выражали ли они удивление? Придут ли ей на помощь?

Но они все просто стояли и улыбались, чего она никак не ожидала.

Выражение лица Сисле Парк стало таким же мягким, как и у остальных.

— Паулина, я хочу извиниться за то, что ты так это восприняла. У той двери автоматический замок, о чем мы не подумали, и это крайне досадно. Что касается кофе, то это лучший эфиопский сорт Арабика, который только можно достать в нашей стране. — Она подошла к кофейному столику и налила себе чашку. — Всё еще приятно теплый и мягкий, каким и должен быть. Но, возможно, ты подхватила кишечную инфекцию. Сейчас происходит столько всего странного.