Книга Натрия Хлорид, страница 147 – Юсси Адлер-Ольсен

Лаура усмехнулась. Глупый вопрос. Она прекрасно знала, что они этого не делают.

— И телевизор вы тоже никогда не смотрите, да?

— Смотрим, постоянно. Netflix, HBO и Amazon, ты же знаешь.

— Нет, обычное ТВ. Новости и всё такое.

— Ты с ума сошла, моей маме это неинтересно. Она просто лежит, курит и смотрит сериалы.

— Попробуй сказать ей об этом, ладно?

Гостиная, как обычно представляла собой большой и темный хаос, за которым их о-пэр^[51] не успевала следить. Именно поэтому Лаура и её младшая сестра никогда не хотели там находиться. Всё пропахло дымом, и если Роксан не действовала достаточно быстро, на чайных столиках скапливались недопитые стаканы и грязная посуда.

Лаура не могла понять свою мать, да и не особо хотела знать о ней лишнего. Кое-кто из парней в классе видел парочку старых реалити-шоу, в которых её мать снималась почти без одежды, и Лауре было за это стыдно. Передачи из экзотических мест, где она крутила с несколькими парнями сразу… и когда мать говорила об этих программах, казалось, она почти гордилась своим участием, что абсолютно не помогало Лауре относиться к ней лучше — скорее наоборот.

Но то, что Сёссер рассказала об отце, она решила выпалить матери прямо в лицо, чтобы та хоть немного пришла в себя, и это в какой-то мере сработало. По крайней мере, та слегка оживилась, плотнее запахивая кимоно.

— На каком канале Сёссер видела эту пресс-конференцию, Лаура? — пробормотала она, нахмурив брови, отчего вчерашний толстый слой грима пошел трещинами.

Лаура открыла дверь на террасу, впуская кусачий холод, который последние сутки сметал всё на своем пути по стране. Обычно это немного приводило мать в чувство.

— Спроси об этом маму Сёссер, я не знаю, — бросила она и вышла, не закрыв за собой дверь.

Чуть позже в доме воцарилась новая атмосфера, придвинувшая зиму совсем вплотную. Мать шепталась по мобильному, а в течение вечера строчила смс-ки так, что стук её длинных ногтей по экрану был слышен даже на втором этаже.

— Что она делает? — спросила младшая сестра.

— Думаю, пытается вернуть папу домой.

На следующее утро лицо матери было сильно опухшим, с кругами под глазами и круглыми щеками — совсем как тогда, когда она принимала гидрокортизон после не самой удачной операции по увеличению груди. Зато она была трезвой и соображала более-менее ясно.

Она уже успела установить пару приложений для стриминга новостей и сидела, приковавшись к экрану, как муха, которая не может улететь от света.

— Помолчи секунду, Лаура, — сказала она, когда Лаура вошла в комнату и хотела посмотреть вместе с ней.

Полицейский на экране выглядел как ходячее недоразумение — прямо как тот доходяга, что сидел на скамейке перед супермаркетом Фётекс^[52] в торговом центре и размахивал руками. Какой-то неопрятный и небритый. Особого доверия он не внушал.

Лаура наблюдала за матерью, пока та тщетно шарила в поисках сигарет, не сводя взгляда с того небритого мужчины.

Затем мать записала номер телефона на краю сигаретной пачки и позвонила в ту же секунду, как пресс-конференция закончилась.

Прошло всего несколько минут, и она уже сидела, твердя бесконечные «да» и «нет», пока её тусклые глаза наполнялись влагой, медленно растворяя угольно-черную тушь.