Книга Воды возле Африки, страница 57 – Влада Ольховская

— Я его с девочками не видел, поэтому и не смогу его обвинять, — признал муж.

— Ты хочешь сказать, что я придумала это?

— Нет, я хочу сказать, что я не видел это своими глазами. И если меня попросят подтвердить, я не смогу. При этом я верю, что ты права, и я даже не сомневаюсь, что Свиров этот — подонок, я знаю такую породу. Если ты решишь выступить против него, я тебя поддержу. Только, пожалуйста, сама этим не занимайся. Решишься на что-то — обязательно скажи мне.

Они не говорили о том, насколько Свиров опасен, и о том, что он обязательно попытается отомстить, но оба об этом знали. Наталья и медлила не просто так… А потом больше не смогла. В конце концов, ее собственные дети далеко, она не одна, и будущее малышни из этой деревни должно значить больше, чем ее страх перед этим обнаглевшим нуворишем!

Она все-таки решилась. Наталье все еще было страшно, но стало легче. Она чувствовала: именно этот путь — правильный, отступать нельзя. Она ждала, когда муж вернется домой, чтобы он отвез ее к участковому… Да и просто поддержал, это тоже было важно.

Олег отправился к озеру еще утром, до того, как она приняла решение. Но это ничего, он всегда возвращается к обеду, отличное время, чтобы поехать на встречу!

Только вот к обеду он не вернулся, как не вернулся и позже. Наталья бросилась звонить ему почти сразу, но прослушать смогла лишь трель телефона, который муж благополучно оставил дома. Олег частенько так делал, когда не хотел, чтобы его беспокоили на рыбалке. Наталья его ругала, пугала всеми ужасами, которые могут произойти с пожилым человеком, оторванным от цивилизации. Олег делал вид, что раскаивается и больше так не будет, а потом снова прятал телефон в тумбочку возле кровати.

Так что беспокоиться не о чем, все объяснимо… Но сколько бы Наталья ни повторяла себе это, истинного покоя все равно не было. Напротив, с каждым часом ей становилось все тревожней. Как будто Свиров прочитал ее мысли, узнал, что она собирается делать, поквитался с ней заранее… Не важно, что это невозможно, страх быстро побеждает логику.

Наталья ждала, сколько могла, а потом ждать не осталось сил. Ей уже было все равно, что озеро далеко, что на улице очень жарко, что врачи просили ее поберечь суставы, сердце, да все поберечь… Ради чего беречь, если она, возможно, уже опоздала?

Она знала, что идти придется не меньше часа. Она была к этому готова — да не пришлось. Наталья покинула деревню, добралась до лесной дороги и почти сразу заметила далеко впереди скопление машин и людей.

Она еще не знала, с чем это связано, у нее вроде как не было причин бояться. Но сердце, это предательское сердце, все равно забилось еще быстрее, так, что стало трудно дышать. Наталье бы посидеть, дать себе паузу, а она не могла, она прибавила шагу, побежала бы, если бы сумела, но это как раз не получилось. Она хотела выяснить — или получить подтверждение тому, чего боялась больше всего. Это было важно, нужно, жизненно необходимо, однако люди почему-то ее не поняли. Ее перехватили до того, как она увидела, что скрывается за живой стеной.

Они хотели помочь, но сделали только хуже. Когда тебе не дают посмотреть, не отвечают на вопросы, просят не волноваться… Ну какую тайну так прячут? И почему думают, что слова способны все исправить? Сказали не беспокоиться — и она улыбнулась, расслабилась, пошла заваривать чай с ромашкой… Глупость, какая глупость, и нет сил это объяснять, нужно прорваться вперед, только вот никак не получается…