Книга Танцующий горностай, страница 135 – Влада Ольховская

И казалось, что он уже пережил трагедию, взял себя в руки, полагался исключительно на холодный разум. Лиза не дала себе обмануться. Она отметила тот факт, что брат ни разу не назвал мертвого сына по имени. Значит, слова для ответа нужно было подбирать с особой осторожностью.

Потому что вся правда Максиму бы точно не понравилась. Тимура действительно убила она – так было удобней всего. Лизе не было интересно убийство как таковое, и оно уж точно не доставило ей удовольствия. Первые годы своей жизни племянник был ей совершенно безразличен, но, когда в его убийстве появилась выгода, принять решение было несложно.

Тимур верил ей, она прекрасно знала это. Потому что любил. Он, Таня – они оба ее любили. Напрасно говорят, что детей обмануть невозможно (а Таню следовало считать ребенком, сколько бы лет ей ни исполнилось), что они инстинктивно чувствуют ложь. Все это полный бред, дети попадаются на обман так же легко, как все остальные, а то и легче, ума-то нет еще…

Тимур обрадовался, когда она сказала, что у них будет общий секрет. Лиза подробно объяснила ему, когда необходимо покинуть школу, как добраться до нужного места и почему об этом ни в коем случае нельзя говорить маме. Приближался мамин день рождения. Тетя и племянник готовились устроить ей грандиозный сюрприз, но какой – Тимур узнал бы только в тайном месте.

Уже на пустыре Тимур занервничал. Нельзя сказать, что он заподозрил неладное, просто место было очень уж неуютное: безлюдное пространство, покрытое грязью и посеревшими остатками снега, продуваемое всеми ветрами. Мальчик хотел уйти. Тут Лиза и порадовалась, что занялась всем сама, а не послала наемников, от них Тимур удрал бы.

Она же сумела его успокоить, убедить, что все будет хорошо. Он верил ей… до самого конца. Она сказала мальчику, что просто подгонит машину. Тимур и мысли не допускал, что родная тетя может ему навредить. Осознание пришло за секунду до удара, он попытался отскочить – но было уже поздно. На этом пустыре внедорожник, которым управляла Лиза, мог проехать где угодно.

Лиза решила, что ей на пользу не пойдут вообще никакие подробности этой истории и отвечать следует по возможности коротко.

— Да. Я.

— Он… – Максим на секунду прикрыл глаза, потом вспомнил, кто перед ним и снова уставился на Лизу, крепче сжав пистолет. – Ему было больно?

— Нет. Он отключился после первого удара. Дальше его уложили в яму между сугробами, чтобы на него навалилась только часть веса машины. Но это он уже не почувствовал. Он не приходил в сознание с тех пор. Ему ни на каком этапе не было больно.

Она специально использовала это безличное «уложили», как будто там был и кто-то еще, занимавшийся самым страшным. Максиму незачем было знать, что она со всем справилась сама. Разве так сложно сдвинуть маленькое детское тело…

— Почему? – тихо спросил он. – Я не говорю о практической выгоде, мне объяснили. И о том, что ты сохранила нелегальные перевозки, я уже знаю… Но разве оно действительно того стоило? Это же был Тимур… Ты укачивала его, когда он был младенцем, играла с ним, ухаживала за ним, когда он болел… Как ты могла…

Лиза молчала, прикидывая, что сейчас прозвучит выгодней для нее. Но пауза затянулась, Максим будто опомнился, засмеялся негромко и зло.