Книга Танцующий горностай, страница 140 – Влада Ольховская

Ян не стал больше задерживаться, он направился прочь, размышляя об этом самом «за что». Он за свою жизнь слышал разные ответы, сталкивался с разными ситуациями.

За что отнимают жизнь?

За двести рублей в кармане.

За не понравившийся взгляд.

За слишком короткую юбку.

И смешно, и бред, и нечестно – а вдруг целая Вселенная гаснет навсегда, и ее уже не вернуть тем, что «за что» было недостаточно стоящим или возвышенным.

Ян ожидал, что для него эта история закончилась и с семьей Максаковых ему точно не придется видеться. Но сложилось иначе: Максим сам пригласил его на встречу в том самом поселке, из которого совсем недавно уехала Александра. Теперь он предложил обоим близнецам снова заглянуть в гости.

— Думаю, вам стоит это увидеть, – только и пояснил Максаков. – Так будет честнее. Или я на старости лет становлюсь слишком сентиментальным.

— Мы приедем.

Александра тоже согласилась без лишних расспросов, словно понимая, что нужно поставить последнюю точку.

Максаков встретил их у ворот, проводил в сад, остановился на дорожке – там, где длинные ветви старой ивы создавали естественную завесу между ними и площадкой впереди. Взглянув туда, Ян мгновенно понял, что именно хотел показать им Максим. Что ж, идея была неплохая…

На площадке стояло инвалидное кресло – дорогое, со специальными креплениями, из тех, что способны поддерживать полностью парализованных людей. В этом кресле Вячеслав Гаевский прекрасно себя чувствовал – по крайней мере, выглядел он значительно лучше, чем во время их последней встречи в перенаселенной квартире. Пожилой мужчина улыбался, наблюдая, как внук гоняет перед ним футбольный мяч. Ваня то и дело останавливался, чтобы что-то рассказать, бурно жестикулируя. Вячеслав ему отвечал, и мальчик снова возвращался к игре.

— Не знаю, зачем позвал вас, – слабо улыбнулся Максим. – Может, мне нужно оправдаться хоть перед кем-то?

— Значит, вы сообщили Ване, кто он такой? – спросила Александра.

— Психологи сообщили, я понятия не имел, как это сделать. Но я сразу понял, что он должен знать… Тимур мертв. Он похоронен рядом с Дашей – думаю, она поняла бы такой поступок. А этот мальчик, Ваня… Я ведь люблю его по-своему. И Таня его любит. Я хочу, чтобы он был счастлив, но не так, как удобней мне. Мне осталось не так долго… Теперь врачи говорят про год. Я хочу, чтобы у него и Тани остался кто-то близкий и взрослый. Естественно, Вячеслав не будет их единственным опекуном, я назначу того, кто способен решать юридические вопросы. Но со многим другим он справится.

Глядя на Гаевского, все еще неподвижного, но вмиг помолодевшего, Ян разделял это мнение.

— Вы познакомились с родителями Вани? – поинтересовался он.

— Да, и эти двое оказались… примечательной парой. Когда они разобрались, кто я такой и что случилось, они первым делом вознамерились подать на меня в суд. Но предложенная финансовая компенсация избавила их от этой идеи.

— Дайте догадаюсь… Вячеславу финансовая компенсация была не нужна?

— Нет. Ему нужен был Ваня. На этом фоне мы и поладили.

— А Вера как же? – вмешалась Александра. – Она способна принять такой расклад?

Максим мгновенно помрачнел.

— К сожалению, Вера сейчас не способна принять никакой расклад. От последствий отравления ее вылечили, от всего остального – нет. После того, что случилось возле суда, она так и не сумела окончательно прийти в себя. Она и сама это поняла, сейчас Вера в клинике на лечении. Вы можете в любой момент навестить ее, если считаете, что я поместил ее туда насильно.