Книга Призрак Тилацина, страница 35 – Влада Ольховская

Он не был беспомощен. Тогда, во время их разговора, Александра ни на миг не заподозрила, что он может погибнуть. Он был силен, хорошо вооружен, опытен… и он отнесся к этому делу с большим вниманием. Куда большим, чем Александра, он не верил, что следователь, разыскивавший Арсению первым, погиб случайно. Так почему же Эйден теперь мертв?

К утру устали все — и следователи, и Александра. Но задерживать ее и дальше не стали, уже это было достижением.

— И что теперь? — спросила она у детектива, которому поручили это дело. — Следующий шаг какой?

— Связаться с родными и организовать похороны, — мрачно отозвался тот.

— Отличный план. А там можно куда-нибудь добавить пункт насчет поиска убийцы?

— Некого искать — умер же убийца… Тут однозначный суицид.

Именно этого Александра боялась больше всего — даже больше попытки обвинить во всем ее. Если бы обвинили ее, дело в любом случае классифицировали бы как убийство и начали расследовать! А теперь… Все шло по тому сценарию, который придумал человек, избавившийся от Эйдена.

Ничто не могло доказать полиции, что он был убит. Рядом с телом нашли записку, написанную его почерком. В ней Эйден признавался, что так и не смог пережить развод с женой. Он пытался глушить боль работой и алкоголем, но ничто ему по-настоящему не помогло, и вот он решился на последний шаг. В своей смерти он просил не винить никого — включая Клио, которую якобы любил до последнего вздоха.

Дверь его дома была заперта изнутри. Деньги и другие ценности остались на своих местах. Ничто не указывало на то, что в доме он находился не один. Для полиции все это означало, что он и правда покончил с собой. Для Александры — что за ним послали профессионала, который знал свое дело.

Она хотела заняться расследованием сразу, изучить фото, вспомнить, что видела в коттедже… И не смогла. Потому что вечно сдерживать боль не получится, чем она сильнее, тем больше напоминает лавину. Когда она срывается, кто способен ее остановить? Да никто — и пробовать не стоит. При сходе лавины не пытаются удержать снег, а ищут способ спасти собственную жизнь.

Это и делала теперь Александра. Она все-таки позволила себе плакать — так, как заслуживал Эйден. Андрей еще не знал всего, но он знал достаточно, чтобы ни в чем ее не упрекать. Рядом с ним, непробиваемо спокойным, слезы давались проще, а боль утихала быстрее. Александра и сама не заметила, как заснула, прижимаясь к нему — будто отключили и все, от нее уже ничего не зависело.

Зато сон помог, стер усталость, вернул ясность мыслей. Ранним утром после прохладного душа Александра снова готова была действовать. Уступив ванную Андрею, она открыла на смартфоне фотографию записки и погрузилась в чтение. О том, что она в номере не одна, Александра вспомнила, лишь когда на стол перед ней опустилась чашка кофе.

— Надо полагать, в самоубийство ты не веришь? — поинтересовался Андрей.

— Ни на миг, нет. Ты только посмотри на эту записку!

— А что с ней не так? Не его почерк?

— Почерк как раз его, — покачала головой Александра. — Это тебе подтвердит любой, кто хоть раз видел его писанину.

— Так в чем проблема?

— В грамотности. Эйден дураком не был, не подумай, но вырос он в дикой глуши… Чтобы ты понимал, он в школе учился по радио.

— Это как? — смутился Андрей.