Книга Боги былых времен, страница 88 – Влада Ольховская

Вампиры поторопили ее – они просто не оставили ей выбора. Хиония прекрасно понимала, что они хотят ее убить. Для победы над ними ей нужно было либо призвать сильную магию и тем самым истратить часть своего запаса, либо вернуть свое тело для ближнего боя. Она решилась – и не пожалела об этом. С нее в одну секунду слетело больше шестидесяти лет, и теперь ее истинный возраст соответствовал ее внешности.

— Так что не только Роувен способен на чудеса, – подмигнула им Хиония. – Я наконец-то свободна! Вы не представляете, какое это счастье… Я выполнила свой долг перед кланом, теперь я могу делать что хочу! Если нужно убить живорожденного вампира, я готова.

— Это будет лишним, – заверил ее Родерик. – Признаюсь, я впечатлен вами больше, чем Огненным королем. Не в моих правилах отступать, но сегодня я позволю себе такую вольность. Будем считать, что победой над моими лучшими воинами вы выиграли нашу маленькую войну. Я не буду больше нападать на вас и отвечу на любые ваши вопросы.

* * *

В его жизни хватало странных пробуждений, но это, пожалуй, пока лидировало среди них. Хотя бы потому, что проснулся он не в постели и даже не на земле, а в воде.

Открыв глаза, Роувен обнаружил, что находится в центре круглого бассейна, расположенного в зале с лазурными стенами. Судя по осветительным сферам, это был кластерный мир, но вполне современный – с узорчатой плиткой на полу и венецианской штукатуркой на стенах. Эластичные ленты, натянутые от одного края бассейна к другому, не давали Роувену захлебнуться, но вместе с тем полностью погружали его в воду, оставляя на поверхности лишь лицо. Он прекрасно знал, для чего это нужно: вода вокруг него была мутновато-зеленой и пахла травами, а бортики бассейна украшали гладкие камни, пульсирующие энергией. Сочетание магических артефактов и колдовского зелья, идеальный инструмент для исцеления, но ждать меньшего от клана Арма и не приходилось.

Одежды на нем не было, однако это его не удивило, он помнил, в каком состоянии были его вещи после битвы в Пустоши. Большую часть его тела закрывали повязки из ткани, похожей на неокрашенный лен. Видно, ими Сарджана перевязала все порезы, которые он получил… Роувен и не подозревал, что их было так много.

Но теперь все зажило: сняв первую же повязку, он обнаружил ровную здоровую кожу. Сарджана принесла его сюда, очистила его раны от грязи, перебинтовала и оставила здесь восстанавливаться. В этом она преуспела, боли Роувен не чувствовал, только усталость, голод и, больше всего, жажду. Во рту пересохло, ему мучительно хотелось воды, но пить из бассейна он не собирался.

Ему и не нужно было, Сарджана обо всем позаботилась. Он уже видел рядом с бассейном столик, на котором его дожидались графин с водой и стакан. Рядом, на плетеных креслах, были разложены полотенца и чистая одежда. При этом Роувен все еще оставался один, Сарджаны поблизости он даже не чувствовал. У этого места вообще была очень странная аура, и он не брался сказать, где находится.

Но какая разница? Он ведь жив! Судьба редко баловала его чудесами, однако его спасение в Пустоши смело можно было назвать одним из них.

Роувен выбрался из бассейна, по пути снимая с себя повязки, подошел к столику и залпом выпил два стакана воды. Только после этого ему стало полегче, и он неспешно вытерся. Собственной наготы он не стеснялся, это его вообще не волновало, его внимание было поглощено местом, в котором он оказался.